Судебные дела

Действующее в рассматриваемый период законодательство Российской Федерации не обязывало учрежденную организацию оценивать полученные основные средства в качестве вклада в уставный капитал по "налоговой" стоимости передающей стороны.

Проанализировав представленные материалы проверки, суд считает, что налоговым органом не доказано, что суммы, указанные в представленных расходно-кассовых ордерах, являются доходами физических лиц и были направлены на выплату своим работникам заработной платы в размере, превышающем сумму, отраженную в реестрах сведений о доходах.

По данным экспертно-криминалистического отдела ЭКЦ УВД Оренбургской области, полученным по результатам криминалистического исследования 29 счетов-фактур и приложенных к ним квитанций приходных кассовых ордеров, при сравнении со свободными образцами почерков индивидуального предпринимателя Королькова СВ. и его бухгалтера Кудряшовой Т.В., рукописные фрагменты и подписи руководителей, бухгалтеров и кассиров выполнены одним лицом. В связи с этим 29 счетов-фактур и приходные кассовые ордера не являются документами, подтверждающими материальные затраты индивидуального предпринимателя на приобретение товаров от перечисленных обществ.

Суды не учли, что возможность применения возвратного лизинга, по условиям которого приобретаемое лизингодателем имущество передается лизингополучателю, одновременно выступающему в качестве продавца, предусмотрена статьей 4 Федерального закона от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» и имеет разумные хозяйственные мотивы и цели для обеих сторон данной сделки, не влекущие необоснованной налоговой экономии.

Сделав вывод о фиктивности осуществленных обществом хозяйственных операций, суды, в нарушение положений части 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основывались исключительно на доводах решения инспекции, не проверив соответствие этих доводов как фактическим обстоятельствам дела, так и нормам действующего налогового законодательства.

Признавая решение инспекции в данной части недействительным, суд, руководствуясь п.З ст.7, п.1 ст. 11 , ст. ст.257, 277 НК РФ (в редакции Федерального закона от 29.05.2002 г. № 57-ФЗ, действовавшей в проверяемом периоде), а также Положением по бухгалтерскому учету "Учет основных средств ПБУ6/01, утвержденным Приказом Минфина РФ от 30.03.2001г. № 26н, Федеральным законом от 26.12.1995 г. № 208-ФЗ "Об акционерных обществах", и учитывая, что сделка по наделению ОАО "ФСК" имуществом в ходе создания носила возмездный характер, приобретая имущество по договорной оценке, заявитель в обмен передал учредителю собственные акции на ту же сумму, пришел к выводу, что стоимость имущества, внесенного в качестве вклада в уставный капитал, также равна стоимости, указанной в решении Совета директоров РАО "ЕЭС России" от 15.03.2002 г. № 112, и поэтому действия заявителя соответствуют (в период возникновения спорного правоотношения) Федеральному закону от 26.12.1995 г. № 208-ФЗ и положениям законодательства о бухгалтерском учете.

Законодатель, вводя эту норму, не имел цели предоставить возможность использования льгот организациям, созданным в качестве общественной организации инвалидов, но, по сути, ничем не отличающимся от обычных коммерческих организаций. Налогоплательщики, использующие такую организационно-правовую форму, осознают, что действуют в противоречии со смыслом, заложенным в правовой норме, но сознательно игнорируют данный факт, поскольку ее использование позволяет снизить налоговую нагрузку, лежащую на налогоплательщике.

Налоговая инспекция не представила доказательств, свидетельствующих о том, что предприниматель, не проявив должной осмотрительности и осторожности, совершал согласованные с поставщиками действия, направленные на получение необоснованной налоговой выгоды.

Заключение сделок возвратного лизинга предусмотрено действующим законодательством и обусловлено экономическими причинами в случаях, когда предприятие испытывает недостаток в оборотных средствах, но имеет необходимое оборудование для производства.

В данном случае Инспекция не представила доказательств, свидетельствующих о "фиктивности" заключенных Обществом сделок по купле-продаже оборудования и получению его в лизинг. В то же время в материалах дела имеются документы, свидетельствующие о фактической деятельности заявителя и реальном исполнении спорных сделок по передаче оборудования.

Инспекция не представила доказательств, свидетельствующих о "фиктивности" заключенных Обществом сделок по купле-продаже оборудования и получению его в лизинг. В то же время в материалах дела имеются документы, свидетельствующие о фактической деятельности заявителя и реальном исполнении спорных сделок по передаче оборудования.

Налоговым органом не представлены доказательства наличия у налогоплательщика при заключении и исполнении сделок с контрагентами умысла, направленного на незаконное получение из бюджета сумм налога на добавленную стоимость (неправомерное получение налоговой выгоды); доказательства согласованных действий Общества и его контрагентов, направленных на уклонение от уплаты налогов.

Объяснения М.А.В., на которые налоговый орган ссылается как на доказательство своего вывода о том, что счета-фактуры и договор не подписаны от имени ООО его генеральным директором и главным бухгалтером, получены вне рамок налогового контроля (до назначения проверки), не отвечают требованиям ст. ст. 90, 99 НК РФ и не могут рассматриваться в качестве законного, допустимого и достоверного доказательства с учетом того, что М.А.В., несмотря на неоднократные вызовы, в суд для дачи показаний не явилась.

Учитывая процесс внесения сведений в Единый государственный реестр юридических лиц и открытия расчетных счетов юридическим и физическим лицам, в который вовлечен большой круг должностных лиц и нотариусов, которые устанавливают личность лица-заявителя, а также подлинность подписей, совершаемых в их присутствии, объяснения физического лица, значащегося в государственном реестре руководителем организации, о том, что оно не является руководителем организации, недостаточно для признания установленным данного факта.

Материалы дела доказательства свидетельствуют о том, что заключая лицензионные договора с иностранными организациями с оплатой в 4-10% от дохода от реализации пива, и, заключая сублицензионные договора с ООО «Калужская пивоваренная компания» с оплатой в 0,1% от дохода от реализации пива, при осуществлении рентабельной оптовой торговли (с прибылью, т.е. доходы больше расходов), по виду деятельности - реализация услуг по предоставлению прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации ООО «ТрансМарк» несет убыток (является заведомо нерентабельной) на протяжении всех проверяемых налоговых периодов - 01.01.2002г. - 31.12.2004г.

В действовавшей в 2002 г. редакции гл. 21 НК РФ были предусмотрены особенности налогообложения только для уступки прав требования, вытекающих из договоров реализации товаров (работ, услуг), операции по реализации которых подлежат налогообложению (ст. 155). Порядок определения налоговой базы при уступке прав требования, возникающих по другим основаниям, Налоговым кодексом установлен не был.

Учитывая, что предпринимательская деятельность осуществляется на свой страх и риск, маленький размер прибыли от одной сделки не может указывать на отсутствие экономической выгоды от деятельности налогоплательщика в целом.

Возможность применения возвратного лизинга, по условиям которого приобретаемое лизингодателем имущество передается лизингополучателю, одновременно выступающему в качестве продавца, предусмотрена статьей 4 Закона и имеет разумные хозяйственные мотивы и цели для обеих сторон данной сделки, не влекущие необоснованной налоговой экономии.