Судебные дела

Основной целью создания ЗАО являлось применение схемы уклонения от уплаты налогов путем уменьшения налоговой базы по единому социальному налогу, что служит доказательством возникновения налоговой выгоды у Общества.

ОАО НК «РуссНефть» фактически отказывалось от большей части прибыли от реализации нефти, в действительности, передавая ее безвозмездно нефтетрейдерам, которые в последствии были реализованы с нераспределенной прибылью оффшорным компаниям или ликвидированы.

Налоговым органом в обоснование недобросовестности банка, при заключении ряда указанных в оспариваемом решении сделок, в частности, приводятся такие существенные признаки, подтверждаемые материалами дела, как: замкнутое движение денежных средств, отсутствие достаточного остатка денежных средств для проведения рассмотренных операций без одновременного поступления среди от других участников схемы, наличие системности и идентичности схем увеличения затрат фактически за счет средств, которыми располагал банк, наличие того обстоятельства, что исполнительные органы/учредители организаций, предъявлявших к погашению векселя, отказываются от причастности к деятельности организаций (то есть участие в действиях банка, носящих схемный, системный характер и связанных с формированием расходной составляющей, неправомерно учитываемой в целях налогообложения налогом на прибыль, "проблемных" организаций).

Контрагенты заявителя не создавались с целью реального осуществления экономической деятельности и получения дохода, а создавались с целью вывода капитала других организаций из-под налогообложения.

Доводы Инспекции о наличии схемы в действиях налогоплательщика не доказаны. Совершение операций в течение одного дня по договорам с физическими лицами не противоречит банковскому законодательству и определено договорами между сторонами, в частности, заявлениями на продажу валютных средств, заявлениями о закрытии депозитных счетов. Договоры между физическими лицами и банком заключены на добровольной основе, данные сделки не оспорены, претензий к банку со стороны физических лиц не установлено, в том числе с учетом представленных объяснений, отобранных у физических лиц сотрудниками УВД. По указанным операциям банк получил прибыль, что также ставится в вину налогоплательщику. Однако доходы от этих операций налоговым органом приняты.

Заключение договоров, на основании которых передавались акции, преследовало цель неуплату налогов. Результатом всех указанных действий явилось нанесение ущерба бюджету в размере более 29 млрд. рублей.

В случае недобросовестности контрагентов покупатель несет определенный риск не только по исполнению гражданско-правовых договоров, но и в рамках налоговых правоотношений, поскольку в силу требований налогового законодательства он лишается возможности произвести налоговые вычеты либо воспользоваться льготным порядком исчисления налогооблагаемой базы ввиду отсутствия надлежаще оформленных первичных бухгалтерских документов.

С общества взысканы в доход соответствующих бюджетов налоговые санкции в размере 10933258 руб. 80 коп., общество признано недобросовестным налогоплательщиком.

Cудом правомерно не приняты во внимание показания свидетелей Решетовой Э.О. и Чернышевой Г.С., так как судом установлено, что они получены с нарушением процессуальных норм.

Для определения финансового результата с использованием оборудования, полученного по договору лизинга, как указывал ответчик, необходимо принимать во внимание все поступления по договорам с заказчиками, связанные с расчетами за изготовление продукции, т.к. данное оборудование используется в производственном процессе для изготовления продукции. Расходы в виде лизинговых платежей участвуют в формировании себестоимости продукции.

Суд правомерно указал, что заключение Обществом договоров купли-продажи с ООО "Элит-Лизинг" и предпринимателем Антрушиной Т.И. не может являться основанием для признания заключенных с ними договоров займа притворными сделками. Налоговый орган не доказал, что полученные по договорам займа денежные средства не использовались заявителем по своему усмотрению.

Наличие у налогоплательщика счетов в иных банках не является основанием для признания его действий недобросовестными при перечислении налогов в бюджет. Налоговое законодательство не содержит норм, позволяющих требовать повторной уплаты налога добросовестным налогоплательщиком.

Обществом создана схема выплаты начисленной заработной платы работникам через специально созданные организации, применяющие упрощенную систему налогообложения и не уплачивающие в бюджет ЕСН, посредством перевода в них персонала заявителя. Инспекция указывает на экономически неоправданное выделение вспомогательных производств из общества в самостоятельные малые предприятия, основным доходом которых является доход от предоставления персонала заявителю.

Налоговый орган не заявлял ходатайства о проведении почерковедческой экспертизы на предмет соответствия подписей Власовой Т.В. подписям, содержащимся на указанных документах, а также не обращался в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суд с заявлением о фальсификации представленных обществом доказательств, подтверждающих его право на применение налоговых вычетов в спорном налоговом периоде.

Действующее в рассматриваемый период законодательство Российской Федерации не обязывало учрежденную организацию оценивать полученные основные средства в качестве вклада в уставный капитал по "налоговой" стоимости передающей стороны.

Проанализировав представленные материалы проверки, суд считает, что налоговым органом не доказано, что суммы, указанные в представленных расходно-кассовых ордерах, являются доходами физических лиц и были направлены на выплату своим работникам заработной платы в размере, превышающем сумму, отраженную в реестрах сведений о доходах.

По данным экспертно-криминалистического отдела ЭКЦ УВД Оренбургской области, полученным по результатам криминалистического исследования 29 счетов-фактур и приложенных к ним квитанций приходных кассовых ордеров, при сравнении со свободными образцами почерков индивидуального предпринимателя Королькова СВ. и его бухгалтера Кудряшовой Т.В., рукописные фрагменты и подписи руководителей, бухгалтеров и кассиров выполнены одним лицом. В связи с этим 29 счетов-фактур и приходные кассовые ордера не являются документами, подтверждающими материальные затраты индивидуального предпринимателя на приобретение товаров от перечисленных обществ.

Суды не учли, что возможность применения возвратного лизинга, по условиям которого приобретаемое лизингодателем имущество передается лизингополучателю, одновременно выступающему в качестве продавца, предусмотрена статьей 4 Федерального закона от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» и имеет разумные хозяйственные мотивы и цели для обеих сторон данной сделки, не влекущие необоснованной налоговой экономии.

Сделав вывод о фиктивности осуществленных обществом хозяйственных операций, суды, в нарушение положений части 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основывались исключительно на доводах решения инспекции, не проверив соответствие этих доводов как фактическим обстоятельствам дела, так и нормам действующего налогового законодательства.