Постановления

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в части признания безнадежной ко взысканию пени по земельному налогу, суды исходили из тех обстоятельств, что налоговым органом приняты меры принудительного взыскания в соответствии со статьями 46, 47, 69, 70 Налогового кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, основанием принятия инспекцией решения явился вывод налогового органа о том, что обществом были произведены операции по «дроблению бизнеса», которые не имели деловой цели, а возникшая в их результате налоговая выгода являлась необоснованной. Инспекцией установлен факт распределения выручки между обществом и взаимозависимой, подконтрольной организацией, применяющей специальный режим налогообложения (УСН).

Суд апелляционной инстанции указал, что с утратой права на применение патентной системы налогообложения у предпринимателя возникла обязанность уплатить налоги (пересчитать налоговую базу по доходам, полученным от вида деятельности, по которым применялся патент) по правилам налогового режима, который использовался им до начала применения патентной системы налогообложения, то есть по правилам упрощенной системы налогообложения. Указанное явилось основанием для отмены оспариваемого решения налогового органа.

Суды правильно указали, что в связи с тем, что в ходе выездной проверки собрана вся информация о доходах и расходах проверяемого налогоплательщика, то у налогового органа отсутствовали основания для применения расчетного метода на основании данных об иных аналогичных налогоплательщиках, в том числе и с учетом реализации (получения дохода) спорного магазина в 2014 году, т.е за пределами проверяемого налогового периода.

В связи с недействительностью решения налогового органа о принудительном взыскании денежных средств в части 331 254 рублей 72 копеек НДС, суды также сделали закономерный вывод о незаконности действий налогового органа по направлению поручений на списание денежных средств в целях исполнения данного решения, а также о неправомерности принятия налоговым органом мер по обеспечению исполнения данного решения в части, касающейся излишнего взыскания денежных средств в сумме 331 254 рублей 72 копеек.

Как усматривается из материалов дела, решением инспекции обществу отказано в зачете ЕНВД за IV квартал 2013 года в счет предстоящих платежей по единому налогу на вмененный доход за III квартал 2016 года, в связи с неподтверждением переплаты по данным карточки расчетов с бюджетом и отсутствием платежного поручения. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из того, что на момент направления в банк платежных поручений срок уплаты единого налога на вмененный доход за налоговый период I квартал 2014 года и за II квартал 2014 года еще не наступил. Общество имело другие расчетные счета в других банках, с которых могло осуществить налоговые платежи. В действиях налогоплательщика имеются признаки недобросовестности. судебная коллегия считает, что выводы судов о том, что исполнение обязанности по уплате налога за счет средств, находящихся на счете общества, открытом в банке, в рассматриваемый период было сопряжено с созданием искусственных условий для применения подпункта 1 пункта 3 статьи 45 Кодекса (действия в обход закона), преждевременны. В связи с этим принятые по делу судебные акты подлежат отмене, а дело направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Судебная коллегия признает правомерным выводы судов о том, что доходы от реализации учитываются при определении налоговой базы по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения. Доводы заявителя о том, что налоговым органом не учтены расходы предпринимателя в связи с получением данного дохода, поскольку все договоры уступки права требования являлись возмездными, признаны судами несостоятельными ввиду отсутствия доказательств несения материальных расходов при приобретении прав требования.

Уполномоченный орган ссылается на то, что действия управляющего, которые выразились в неисполнении обязанности по перечислению НДФЛ, привели к возникновению у него убытков. Требование было удовлетворено. Доводы уполномоченного органа подтверждены.

В ходе проведения выездной проверки инспекция пришла к выводу, что общество неправомерно включило в состав расходов, уменьшающих налогооблагаемую базу по УСН за 2012 год, суммы капитальных вложений на строительство объекта основных средств в размере 39 млн руб., которые фактически оплачены обществом в 2011 году. В контролируемом периоде общество осуществляло следующие виды деятельности: услуги по сдаче в аренду помещений, транспортных средств, персонала, а также занималось строительством многоквартирных жилых домов, и исполняло функции заказчика-застройщика. Строительство жилого дома осуществлялось как за счет средств дольщиков (договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома) так и за счет собственных средств. Суды правильно пришли к выводу, что договор участия в долевом строительстве носит инвестиционный характер, а денежные средства, поступающие от участников долевого строительства, являются целевыми в силу закона. определение затрат в целях налогообложения следует производить после принятия налогоплательщиком на учет готового к вводу в эксплуатацию жилого дома. Требования налогоплательщика были удовлетворены.

Налогоплательщик вправе обратиться в суд с заявлением имущественного характера, и это право связано с тем, что срок давности на оспаривание в суде ненормативного акта налогового органа составляет три месяца, тогда как срок давности на подачу имущественного иска составляет три года. Самостоятельная подача имущественного иска в течение трехлетнего срока является дополнительной гарантией реализации конституционного права налогоплательщика на судебную защиту.

При решении вопроса о возможности учета тех или иных расходов для целей исчисления налога необходимо исходить из того, подтверждают представленные налогоплательщиком документы произведенные им расходы или нет, то есть условием для включения понесенных затрат в состав расходов является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение товаров (работ, услуг) фактически понесены. Суд верно указал, что по смыслу приведенных норм для применения вычетов по НДС и включения понесенных затрат в состав расходов по налогу на прибыль налогоплательщик обязан доказать их правомерность.

При проверке IP адресов компьютеров по спорным поставщикам, которые вели деятельность по разным юридическим адресам, формально независимы друг от друга, установлено что компьютеры с которых отправлялись платежи и документы, подтверждающие хозяйственные операции, имели один и тот же IP адрес. IP адреса, с которых поставщики осуществляли подключение к системе "Банк-Клиент", также являются одинаковыми. Суды сделали правомерный вывод, что представленные налогоплательщиком документы содержат недостоверные сведения и не подтверждают осуществление реальных хозяйственных операций по приобретению пиломатериала у вышеперечисленных обществ.

Действия налогоплательщика направлены не на реальное осуществление хозяйственных операций по приобретению макулатуры, а на имитацию совершения таких операций и создание необходимого объема документов, дающего право на получение необоснованной налоговой выгоды. Апелляционный суд обоснованно посчитал об отсутствии у налогоплательщика права на применение налоговых вычетов по НДС.

ИП обратился в арбитражный суд, ссылаясь на необоснованность отказа в применении профессионального налогового вычета. Налоговый орган исключил спорную сумму из состава профессиональных налоговых вычетов, так как в результате исполнения договора инвестирования, заключенного между предпринимателем и обществом, единственным участником которого он является, общество стало собственником законченного строительством объекта недвижимости, а предприниматель получил право бессрочной бесплатной аренды площадей в данном здании. Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии экономически обоснованных расходов по финансированию строительства объекта недвижимости в рамках договора инвестиционного товарищества. Судом установлено, что действия сторон по договору инвестиционного товарищества реальны, не противоречат нормам гражданского законодательства. Соглашения об использовании объекта недвижимости также реально исполнялись. Предпринимателем объект недвижимости в части, переданной в бессрочное безвозмездное пользование, использовался в деятельности, приносящей доход.

В рамках налоговой проверки инспекция реализовала полномочия по доказыванию получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды по спорной сделке, не являющейся контролируемой; пришла к выводу, что сделка между сторонами носила притворный характер и преследовала цель сокрытия для целей налогообложения выручки, полученной от реализации вагонов конечным покупателям, посредством совершения промежуточной сделки по заниженной цене. Фактически все доводы кассационной жалобы инспекции сводятся к критике экспертного заключения оценщика, полученного в ходе судебной экспертизы, о недопустимости его в качестве доказательства по настоящему делу; указано на неправомерный отказ суда в принятии результатов экспертной оценки, проведенной в ходе налоговой проверки. Кассационная инстанция, отклоняя указанные доводы, исходит из следующего. По мнению суда кассационной инстанции, участники процесса не лишены возможности реализовать свои права, предусмотренные, в том числе статьями 41, 65, 66 АПК РФ.

Сам по себе факт получения копий учредительных и регистрационных документов, документов, подтверждающих личности директоров, выписки из налоговой и бухгалтерской отчетности документов о государственной регистрации организаций, не является безусловным основанием для вывода о проявлении должной степени осмотрительности при выборе контрагентов.

Направленность действий на получение необоснованной налоговой выгоды подтверждается близким во времени представлением уточненных налоговых деклараций по НДС обществом и некоторыми из контрагентов (в части увеличения вычетов у общества, в части соответствующего увеличения налоговой базы по НДС у контрагентов и налоговых вычетов у них же); неопровержением довода инспекции о непредставлении контрагентами уточненных налоговых деклараций по налогу на прибыль, которые подлежали корректировке с учетом заявленного в декларациях по НДС увеличения выручки от реализации товаров (работ, услуг), в случае ее (выручки) реального существования. Таким образом, налоговый орган обоснованно указал на наличие формального документооборота в части сделок с контрагентами.

Суды правомерно отклонили довод инспекции об отсутствии разумной экономической цели и направленности сделки на незаконное возмещение НДС из бюджета, основанный на предположении о взаимозависимости ее участников, указав, что предметом камеральной проверки являлись проверка правомерности применения вычетов по сделке общества с заводом (приобретение имущества), в рамках которой установлена последующая продажа этого имущества. Как документально не подтвержденный суды отклонили довод инспекции о том, что с момента регистрации общество не получало прибыль и не уплачивало НДС, что, по мнению инспекции, свидетельствует об отсутствии экономической целесообразности существования общества как коммерческой организации, установив, что в 2014-2015 годах общество получало выручку от сдачи в аренду собственного недвижимого имущества и транспортных средств.

Суд учел показания директора предприятия (который пояснил, что заключил договор поставки сельхозпродукции непосредственно с обществом, остальные организации ему не знакомы), а также отсутствие документов о транспортировке товара от ООО «Южный берег» к обществу, и признал обоснованной позицию инспекции о том, что сельхозпродукция поставлена обществу от сельхозтоваропроизводителя, не являющегося плательщиком НДС, а документы от имени ООО «Южный берег» оформлены в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде возмещения НДС из бюджета обществом, которое участвовало в формальном документообороте между зарегистрированными в установленном законом порядке юридическими лицами, деятельность которых сводится лишь к изготовлению документов в подтверждение продвижения товара от продавца к покупателю без фактической передачи этого товара и реального экономического смысла этих действий.

Основанием для принятия оспариваемого решения явился вывод Фонда о том, что фактически в проверяемый период общество осуществляло экономическую деятельность по коду ОКВЭД по подгруппе 90.00.3 «Уборка территории и аналогичная деятельность», а также по группе 45.42 «Производство столярных и плотничных работ» лишь в отношении той части деятельности, общий доход от которых составил менее 70% от общего объема доходов общества. Не согласившись с решением Фонда, общество оспорило его в арбитражном суде. Суд, установив, что предприятие обоснованно применяло пониженный тариф при исчислении страховых взносов в отношении дохода от спорных работ, признали решение Фонда в оспариваемой части недействительным.