Постановления

При определении возможности применения льготы по налогу на имущество организаций необходимо определить основное функциональное назначение оборудования, а именно направленность на передачу электроэнергии. В данном случае, питание электроэнергией внутри района одной энергосистемы не может рассматриваться в качестве процесса энергопередачи. Следовательно, подача электроэнергии внутри заявителя от спорных объектов основных средств к производственным мощностям (станов, насосов, электродвигателей и т.д.), при условии, что вся инфраструктура комбината находится на одной территории, не может рассматриваться в качестве процесса энергопередачи, поскольку функциональное предназначение спорных объектов основных средств заключается в обеспечении деятельности основных производственных объектов.

Суд апелляционной инстанции справедливо отметил, что налогоплательщик, заключающий сделки несет не только гражданско-правовые последствия их исполнения, но и налоговые последствия, связанные с возможностью отнесения сумм на налоговые вычеты только в случае достоверности и непротиворечивости представленных документов в отношении реальных хозяйственных операций с контрагентами.

Как верно указали суды, непоступление в бюджеты (внебюджетные фонды) денежных средств, уплаченных налогоплательщиком обязательных платежей, по причине отсутствия денежных средств на корреспондентском счете банка не может быть признано обстоятельством, влияющим на признание исполненной обязанности по уплате этих платежей. Таким образом, оценив представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, суды пришли к обоснованному выводу о наличии в действиях заявителя признаков добросовестности.

Оценка добросовестности налогоплательщика при получении налоговых выгод предполагает оценку заключенных им сделок, их действительности, особенно в тех случаях, когда они не имеют разумной деловой цели, то есть возможность получения налоговых выгод предполагает наличие реального осуществления хозяйственных операций. С учетом изложенного суды пришли к выводу о том, что совокупность собранных по делу доказательств свидетельствуют о нереальности осуществления хозяйственных операций между обществом и его контрагентом в спорный период времени и о направленности действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды.

Суд пришел к обоснованному выводу о том, что представленные обществом документы носят формальный характер, содержат недостоверные сведения и не подтверждают реальность хозяйственных операций с партнером, в связи с чем они не могут служить основанием для применения налоговых вычетов по НДС в спорной сумме.

Суды отклонили ссылку общества на технические ошибки в книге покупок, неправомерно оставив без внимания, что глава 21 Налогового кодекса Российской Федерации не содержит положений, согласно которым ведение книги покупок с нарушением установленного порядка является безусловным основанием для отказа в применении вычета.

Довод о недобросовестности налогоплательщика должен быть основан на объективной информации, бесспорно подтверждающей, что его действия не имели разумной хозяйственной цели, а были направлены исключительно на создание необоснованных налоговых последствий. Доказательств недобросовестности общества в материалах дела не имеется. Доказательств аффилированности, взаимозависимости или какого-либо сговора между контрагентами и обществом, инспекцией не представлено. Поэтому оснований для уменьшения предъявленного к возмещению налога на добавленную стоимость у инспекции не имелось.

Суд первой инстанции, сделав вывод о том, что трехлетний срок для осуществления возврата (зачета) налога, на момент обращения общества в суд с заявлением не пропущен, удовлетворил заявленные требования. Момент, когда налогоплательщик узнал или должен был узнать о факте излишней уплаты налога, подлежит определению с учетом оценки совокупности всех имеющих значение для дела обстоятельств (в частности, причины, по которой налогоплательщик допустил переплату налога, наличия у него возможности для правильного исчисления налога по данным первоначальной налоговой декларации, изменения действующего законодательства в течение рассматриваемого налогового периода), а также других обстоятельств, которые могут быть признаны судом в качестве достаточных для признания срока на возврат налога непропущенным.

Суды правильно указали, что в связи с тем, что в ходе выездной проверки собрана вся информация о доходах и расходах проверяемого налогоплательщика, то у налогового органа отсутствовали основания для применения расчетного метода на основании данных об иных аналогичных налогоплательщиках, в том числе и с учетом реализации (получения дохода) спорного магазина в 2014 году, т.е за пределами проверяемого налогового периода.

Суд апелляционной инстанции указал, что с утратой права на применение патентной системы налогообложения у предпринимателя возникла обязанность уплатить налоги (пересчитать налоговую базу по доходам, полученным от вида деятельности, по которым применялся патент) по правилам налогового режима, который использовался им до начала применения патентной системы налогообложения, то есть по правилам упрощенной системы налогообложения. Указанное явилось основанием для отмены оспариваемого решения налогового органа.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в части признания безнадежной ко взысканию пени по земельному налогу, суды исходили из тех обстоятельств, что налоговым органом приняты меры принудительного взыскания в соответствии со статьями 46, 47, 69, 70 Налогового кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, основанием принятия инспекцией решения явился вывод налогового органа о том, что обществом были произведены операции по «дроблению бизнеса», которые не имели деловой цели, а возникшая в их результате налоговая выгода являлась необоснованной. Инспекцией установлен факт распределения выручки между обществом и взаимозависимой, подконтрольной организацией, применяющей специальный режим налогообложения (УСН).

Руководствуясь ст. 71, 110 АПК РФ, Арбитражный суд Республики Коми удовлетворил заявленное требование, снизив размер штрафа, подлежащего взысканию с Учреждения за опоздание срока сдачи СЗВ-М, с 165 500 рублей до 30 000 рублей, и отнес расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3000 рублей на ПФР.

В связи с недействительностью решения налогового органа о принудительном взыскании денежных средств в части 331 254 рублей 72 копеек НДС, суды также сделали закономерный вывод о незаконности действий налогового органа по направлению поручений на списание денежных средств в целях исполнения данного решения, а также о неправомерности принятия налоговым органом мер по обеспечению исполнения данного решения в части, касающейся излишнего взыскания денежных средств в сумме 331 254 рублей 72 копеек.

Как усматривается из материалов дела, решением инспекции обществу отказано в зачете ЕНВД за IV квартал 2013 года в счет предстоящих платежей по единому налогу на вмененный доход за III квартал 2016 года, в связи с неподтверждением переплаты по данным карточки расчетов с бюджетом и отсутствием платежного поручения. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из того, что на момент направления в банк платежных поручений срок уплаты единого налога на вмененный доход за налоговый период I квартал 2014 года и за II квартал 2014 года еще не наступил. Общество имело другие расчетные счета в других банках, с которых могло осуществить налоговые платежи. В действиях налогоплательщика имеются признаки недобросовестности. судебная коллегия считает, что выводы судов о том, что исполнение обязанности по уплате налога за счет средств, находящихся на счете общества, открытом в банке, в рассматриваемый период было сопряжено с созданием искусственных условий для применения подпункта 1 пункта 3 статьи 45 Кодекса (действия в обход закона), преждевременны. В связи с этим принятые по делу судебные акты подлежат отмене, а дело направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Судебная коллегия признает правомерным выводы судов о том, что доходы от реализации учитываются при определении налоговой базы по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения. Доводы заявителя о том, что налоговым органом не учтены расходы предпринимателя в связи с получением данного дохода, поскольку все договоры уступки права требования являлись возмездными, признаны судами несостоятельными ввиду отсутствия доказательств несения материальных расходов при приобретении прав требования.

Уполномоченный орган ссылается на то, что действия управляющего, которые выразились в неисполнении обязанности по перечислению НДФЛ, привели к возникновению у него убытков. Требование было удовлетворено. Доводы уполномоченного органа подтверждены.

В ходе проведения выездной проверки инспекция пришла к выводу, что общество неправомерно включило в состав расходов, уменьшающих налогооблагаемую базу по УСН за 2012 год, суммы капитальных вложений на строительство объекта основных средств в размере 39 млн руб., которые фактически оплачены обществом в 2011 году. В контролируемом периоде общество осуществляло следующие виды деятельности: услуги по сдаче в аренду помещений, транспортных средств, персонала, а также занималось строительством многоквартирных жилых домов, и исполняло функции заказчика-застройщика. Строительство жилого дома осуществлялось как за счет средств дольщиков (договора участия в долевом строительстве многоквартирного дома) так и за счет собственных средств. Суды правильно пришли к выводу, что договор участия в долевом строительстве носит инвестиционный характер, а денежные средства, поступающие от участников долевого строительства, являются целевыми в силу закона. определение затрат в целях налогообложения следует производить после принятия налогоплательщиком на учет готового к вводу в эксплуатацию жилого дома. Требования налогоплательщика были удовлетворены.

Налогоплательщик вправе обратиться в суд с заявлением имущественного характера, и это право связано с тем, что срок давности на оспаривание в суде ненормативного акта налогового органа составляет три месяца, тогда как срок давности на подачу имущественного иска составляет три года. Самостоятельная подача имущественного иска в течение трехлетнего срока является дополнительной гарантией реализации конституционного права налогоплательщика на судебную защиту.

При решении вопроса о возможности учета тех или иных расходов для целей исчисления налога необходимо исходить из того, подтверждают представленные налогоплательщиком документы произведенные им расходы или нет, то есть условием для включения понесенных затрат в состав расходов является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение товаров (работ, услуг) фактически понесены. Суд верно указал, что по смыслу приведенных норм для применения вычетов по НДС и включения понесенных затрат в состав расходов по налогу на прибыль налогоплательщик обязан доказать их правомерность.