Постановления

Суд апелляционной инстанции, правомерно указал, что Налоговый кодекс Российской Федерации не содержит положений о том, имеет ли налогоплательщик право на применение вычета по НДС, если им нарушены правила ведения книги покупок (книги продаж) либо она у него отсутствует (не представлена в инспекцию), по указанному выводу налоговый орган в суде кассационной инстанции не возражал.

Компании был доначислен земельный налог на том основании, что ее предшественник владел земельным участком и для расчета суммы налога (налоговой базы) применял неверный удельный показатель. В удовлетворении иска было отказано. Согласно данным ЕГРП собственником участка является организация, следовательно обязанность по уплате земельного налога лежит на ней.

Переплата по НДФЛ образовалась у налогоплательщика за пределами трехлетного срока уплаты, установленного пунктом 7 статьи 78 НК РФ. При таких обстоятельствах, поскольку доводы предпринимателя о наличии у него переплаты по налогу, которую с учетом срока, установленного пунктом 7 статьи 78 НК РФ, можно было бы зачесть в счет уплаты налога, не нашли подтверждения, суды, учитывая доказанный факт неуплаты последним НДС в размере 6 755 руб., ЕНВД в размере 48 060 руб., исходя из отсутствия доводов налогоплательщика о несогласии с размером подлежащих оплаты сумм пени по НДС, признали законным требование налоговой службы об уплате налога, сбора, пени, штрафа, процентов по состоянию на 30.04.2015.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая, что спорные земельные участки не находятся в государственной (муниципальной) собственности и вследствие этого не обладают статусом ограниченных в обороте, суды пришли к правильному выводу об отсутствии у Общества права на применение льготы по земельному налогу, предусмотренной подп. 3 п. 2 ст. 389 Налогового кодекса Российской Федерации, и правомерно отказали в удовлетворении заявленного требования.

Для граждан, приступивших к работе в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях до 01.01.2007 и осуществлявших трудовую деятельность на эту дату, сохранено ранее приобретенное право на получение пособия по временной нетрудоспособности в размере полного заработка. Вместе с тем в отношении граждан, ранее работавших в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, но вследствие перерыва в их трудовой деятельности вновь приступивших к работе уже после 01.01.2007, должен применяться общий порядок выплаты пособий по временной нетрудоспособности, размер которых в соответствии со статьей 7 Закона № 255-ФЗ ограничивается в зависимости от страхового стажа застрахованных лиц.

Суды установили, что налогоплательщиком создан формальный документооборот с целью получения необоснованной налоговой выгоды; документы, представленные Обществом, содержат недостоверные и противоречивые сведения, не подтверждают реальность хозяйственных операций с партнерами, в связи с чем не могут служить основанием для применения налоговых вычетов по НДС. При таких обстоятельствах суды пришли к правильному выводу об обоснованном отказе обществу в предоставлении налоговых вычетов по взаимоотношениям со спорными контрагентами.

На основании п. 5 ст. 79 НК РФ сумма излишне взысканного налога подлежит возврату с начисленными на нее процентами в течение одного месяца со дня получения письменного заявления налогоплательщика о возврате суммы излишне взысканного налога. Проценты на сумму излишне взысканного налога начисляются со дня, следующего за днем взыскания, по день фактического возврата. Таким образом, возврат излишне взысканной суммы налога и, соответственно, начисленных на нее процентов производится налогоплательщику при условии отсутствия у него недоимки (задолженности).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводам о правомерности оспариваемого решения, о соблюдении налоговым органом процедуры исключения общества из ЕГРЮЛ. Суды также указали на то, что наличие задолженности у общества само по себе не является препятствием для применения процедуры исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ.

Непредставление документов по отдельным контрагентам при наличии признаков нереальности отношений с этими лицами и отсутствии уважительных причин непредставления истребованных первичных документов является злоупотреблением правом и не может служить в данном конкретном случае основанием для применения положений подп. 7 п. 1 ст. 31 НК РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации признал подп. а п. 22 и п. 24 ст. 5 Федерального закона от 28.06.2014 г. № 188-ФЗ не соответствующими Конституции Российской Федерации, как исключивший возможность при применении ответственности, установленной Законом № 212-ФЗ, индивидуализировать наказание за нарушение установленных им требований с учетом смягчающих ответственность обстоятельств и тем самым приводящий к нарушению прав плательщиков страховых взносов. В названном постановлении Конституционный Суд Российской Федерации указал, что если санкция была применена должностным лицом фонда, суд (безотносительно к законодательному регулированию пределов его полномочий при судебном обжаловании решений о применении мер ответственности), рассмотрев соответствующее заявление привлекаемого к ответственности лица, не лишен возможности снизить размер ранее назначенного ему штрафа.

Суды пришли к правильному выводу о том, что налогоплательщик создал схему, направленную на получение необоснованной налоговой выгоды в виде уклонения от уплаты налога по УСН (с момента утраты права на применение данного специального налогового режима - налогов по общей системе налогообложения) в результате формального создания условий для применения ЕНВД без реального разделения экономической деятельности между двумя хозяйствующими субъектами.

Переплата налога у общества образовалась в связи с подачей уточненных налоговых деклараций по налогу на прибыль организаций. Как обоснованно указали суды, в данном случае, для определения момента исчисления срока, когда налогоплательщик узнал или должен был узнать о возникновении переплаты, важно когда общество получило право на включение в состав внереализационных расходов в целях исчисления налога на прибыль расходов в виде недостачи материальных ценностей в производстве и на складах, на предприятиях торговли в случае отсутствия виновных лиц, а также убытков от хищений, виновники которых не установлены.

Налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами.

Согласно правовой позиции ВАС РФ, изложенной в постановлении Президиума от 25.05.2010 г. № 15658/09, судам необходимо иметь в виду, что по условиям делового оборота хозяйствующий субъект при выборе контрагента оценивает не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта. Налогоплательщик вправе приводить доказательства, свидетельствующие о том, что, исходя из условий заключения и исполнения договора, оно не могло знать о заключении сделки от имени организации, не осуществляющей реальной предпринимательской деятельности и не исполняющей ввиду этого налоговых обязанностей по сделкам, оформляемым от ее имени.

Возможность возмещения налогов из бюджета обуславливается наличием реального осуществления хозяйственных операций. Налоговый орган вправе отказать в возмещении налога, уплаченного поставщику, в случае, если факт реального совершения хозяйственных операций не подтвержден надлежащими документами, либо выявлена недобросовестность налогоплательщика, допущенная при совершении указанных операций.

В ходе проведения проверки инспекцией получена информация о том, что контрагент общества зарегистрирован в установленном порядке и состоит на налоговом учете. Полученные налоговым органом доказательства о подписании документов иным лицом не могли быть известны заявителю, поскольку в доступном для него источнике информации (в Едином государственном реестре юридических лиц) в качестве лиц, уполномоченных действовать без доверенностей от имени указанного лица в ЕГРЮЛ числилось лицо, отраженное в первичных документах и счетах-фактурах, предъявленных обществу. При этом инспекция не представила доказательств, однозначно свидетельствующих о неосмотрительности общества при заключении договоров со спорным контрагентом, или же о согласованности его действий с этим контрагентом в целях получения незаконной налоговой выгоды.

Суды пришли к верному выводу, что несмотря на допущенную обществом ошибку при заполнении заявления о переходе на УСН, при наличии совокупности иных обстоятельств, данная ошибка не может указывать на неправомерность действий налогоплательщика, который фактически объект налогообложения не изменял. При этом суды обоснованно приняли во внимание, что в рассматриваемой ситуации источником об объекте налогообложения, прежде всего, является налоговая декларация налогоплательщика; до подачи налоговой декларации, общество не применяло иной объект налогообложения и не предпринимало действий по изменению объекта налогообложения; согласно приказа об учетной политике от 06.07.2015 обществом применяется объект налогообложения "доходы, уменьшенные на величину расходов" на основании статьи 346.11 НК РФ; обществом ведется книга учетов доходов и расходов; в 2015 году обществом уплачены авансовые платежи по УСН по коду бюджетной классификации доходы, уменьшенные на величину расходов".

Поскольку как налоговым органом, так и судами при рассмотрении дела было установлено, что ЗАО оказывало услуги по погрузо-разгрузочным работам, перемещению и хранению груза, ввезенного на таможенную территорию РФ, а не вывезенного в таможенном режиме экспорта, при этом доказательств того, что спорный товар помещался под таможенный режим свободной таможенной зоны, в материалы дела представлено не было, суды сделали обоснованный вывод о том, что законные основания для отказа в применении спорного налогового вычета по НДС у налогового органа не имелось.

Выдача распоряжения банку о списании денежных средств со счета клиента для уплаты налогов не создает правовых последствий, предусмотренных подпунктом 1 пункта 3 статьи 45 Налогового кодекса, если к моменту предъявления соответствующего платежного поручения плательщик знал (не мог не знать) о неспособности кредитного учреждения обеспечить перечисление налогов в бюджетную систему Российской Федерации. Оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе, переписку общества и банка, учитывая установленные законодательством порядок и сроки уплаты налогов и страховых взносов, суды пришли к выводу, что в действиях общества по перечислению обязательных платежей имеются признаки недобросовестности, в связи с чем отсутствуют правовые основания для признания обязанности по уплате налогов и взносов исполненной.

Суды нижестоящих инстанций отклонили доводы общества о представлении им полного пакета документов в обоснование учтенных налоговых вычетов, указав, что при отсутствии надлежащих и достоверных доказательств формальное представление документов не является безусловным доказательством правомерности получения вычетов по НДС, а также доводы о регистрации контрагентов в ЕГРЮЛ, поскольку общество не доказало осуществление действий по проверке реальности существования указанных контрагентов как субъектов предпринимательской деятельности, а равно доказательств, указывающих на обстоятельства сотрудничества.