Судебные дела

По результатам проведенных в отношении ИП мероприятий налогового контроля инспекцией поставлено под сомнение реальность договора простого товарищества (договора о совместной деятельности), заключенного предпринимателем с взаимозависимым лицом ООО. Однако, суды пришли к выводу о том, что в рассматриваемом деле не установлено фактов создания формального документооборота, и отсутствия реальных действий в рамках договора простого товарищества, в связи с чем судами правомерно отклонены доводы инспекции в этой части.

Суды посчитали, что определение сторонами при заключении договора о совместной деятельности создаваемого ими простого товарищества, как негласного, представление в материалы дела сведений о наличии взаимоотношений иных юридических лиц с ООО в отсутствие ссылок в исходящих документах на осуществление деятельности в рамках простого товарищества, не может быть подтверждать отсутствие деятельности лиц в рамках простого товарищества, при недоказанности материалами проведенной проверки указанных контрагентов.

Инспекцией в ходе налоговой проверки добыты доказательства, свидетельствующие не только о недостоверности представленных документов, но и о фактическом отсутствии хозяйственных операций со спорными контрагентами. Спорные контрагенты не могли выполнить работы в силу отсутствия у них необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности. Земельные участки, транспортные средства, недвижимое имущество в собственности контрагентов отсутствуют, отсутствуют также производственные активы, складские помещения. Численность либо отсутствует, либо незначительная. По юридическим адресам указанные организации не находятся, в аренду помещение организациям не сдается.

При этом, налогоплательщик сам обладал необходимой производственной базой и имеет в штате соответствующий персонал для выполнения спорных работ. Отказывая в удовлетворении заявленных обществом требований, суды исходили из доказанности налоговым органом соответствия оспариваемого по делу ненормативного акта нормам действующего законодательства и отсутствия нарушений охраняемых законом прав и интересов общества.

Основанием для доначисления обществу НДС послужил вывод инспекции о том, что налогоплательщиком не исчислен налог при реализации в адрес физических лиц объектов движимого и недвижимого имущества по договору купли-продажи. Факт того, что на момент составления акта проверки данные хозяйственные операции не были отражены в налоговой отчетности общество не оспаривает.

Поскольку до принятия инспекцией оспариваемого решения налогоплательщиком самостоятельно исчислены суммы НДС, подлежащие уплате, отражены в налоговой декларации (первичной), представленной в налоговый орган, учтены им в расчетах с бюджетом, у инспекции не имелось оснований для доначисления налога в указанной сумме.

Как установлено судами количество участников азартных игр, получивших выигрыши от общества в проверяемом периоде, составило 14624 человека, тогда как сведения о доходах физических лиц и суммах налога, исчисленного, удержанного и перечисленного в бюджет по форме 2-НДФЛ, представлены обществом только в отношении 6379 лиц, в отношении 8245 лиц вышеуказанные сведения в налоговый орган представлены не были. Суд отклонил доводы общества о том, что оно повторно привлекается к ответственности за одно и то же правонарушение, поскольку за непредставление документов уже привлечено к административной ответственности по ч. 2 ст. 19.4.1 Кодекса РФ об административный правонарушениях.

Основанием для привлечения компании к ответственности послужило неперечисление в установленный срок НДФЛ, исчисленного согласно расчету 6-НДФЛ за 1 полугодие 2016 года. Несогласие с вышеназванным решением налогового органа послужило основанием для обращения общества в арбитражный суд с соответствующими требованиями. При принятии решения суд первой инстанции исходил из наличия в действиях общества события вменяемого правонарушения, однако счел возможным снизить размер штрафа, указав на наличие смягчающих вину обстоятельств.

Учитывая, что налогоплательщик не представил сведений о рыночных ценах спорного товара, не обосновал, что определенный инспекцией размер налоговых обязательств не соответствует фактическим обстоятельствам сделки, суды признали обоснованным вывод инспекции о намеренном завышении обществом себестоимости приобретенной медной катанки с целью уменьшения налогооблагаемой базы.

Инспекцией установлено, что предпринимателем выставлялись счета-фактуры и выписывались товарные накладные к ним; оплата производилась путем перечисления денежных средств на расчетный счет заявителя; товары у предпринимателя приобретались покупателями для обеспечения их деятельности; стоимость строительных материалов, приобретенных у предпринимателя, учитывалась в расходах при определении налоговой базы по УСН.

Таким образом, совокупность собранных в ходе мероприятий налогового контроля доказательств подтверждает вывод налогового органа об отсутствии у ИП в рассматриваемом случае при осуществлении им торговли строительными материалами права на применение специального режима налогообложения (ЕНВД), в связи с чем инспекция обоснованно учла полученные налогоплательщиком доходы в составе доходов по УСН, поскольку с момента постановки на налоговый учет предприниматель наряду с ЕНВД применял данный режим налогообложения.

Суды отметили, что ЗАО имело договорные отношения с контрагентами ООО в 2015 году, то есть налогоплательщик имел возможность заключить договора подряда напрямую с этими организациями без привлечения ООО и увеличения тем самым стоимости работ. Учитывая вышеизложенное, суды пришли к верному выводу, что в рассматриваемом случае между обществом и его контрагентом создан формальный документооборот при отсутствии реальных хозяйственных отношений, в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Суды пришли к выводу о создании обществом и его контрагентом формального (в отсутствие реальных хозяйственных операций) документооборота, направленности действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды и о правомерности доначисления обществу НДС.

Несогласие общества с оценкой имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального права к конкретным установленным фактическим обстоятельствам дела и (или) нарушении требований процессуального законодательства.

Оценив во взаимосвязи представленные участниками процесса доказательства и установленные обстоятельства, суды обеих инстанций пришли к правомерному к выводу о том, что обществом был создан формальный документооборот; суммы НДС, предъявленные налогоплательщиком к вычету (возмещению) из бюджета, возникли не в процессе обычной хозяйственной деятельности, а в отсутствие реальных хозяйственных операций со спорными контрагентами. Также суды обеих инстанций правомерно пришли к выводу, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности при выборе спорных контрагентов.

Заявитель в дополнение к ранее предоставленным по форме СЗВ-М (тип «ИСХОДНАЯ») сведениям за март 2017 года представил 22.05.2017 сведения по форме СЗВ-М (тип «ДОПОЛНЯЮЩАЯ») в отношении 76 застрахованных лиц, в связи, с чем ПФР был  привлечен к ответственности в виде штрафа в размере 38 000 руб.

Суд указал, что наличие смягчающих обстоятельств позволяет суду лишь уменьшить размер штрафа, а не полностью освободить лицо от ответственности, в связи, с чем с учетом фактических обстоятельств дела снизил сумму начисленного фондом штрафа до 1 000 руб.

Судами установлено и учтено, что основным заказчиком у общества являлся налогоплательщик, доля выручки от которого в общем объеме выручки, поступившей на расчетные счета общества за весь период деятельности организаций, составила 10,86%; сделки, совершенные между налогоплательщиком и обществом являются разовыми и нетипичными. Указанные обстоятельства, в том числе, приобретение и продажа в один день имущественного комплекса, без передачи прав на земельный участок, как верно указали суды, свидетельствуют о формальности введения общества в число участников сделок.

С учетом установленных обстоятельств дела, суды обоснованно посчитали, что поскольку в счетах-фактурах, выставленных поставщиком барды кукурузной, отражена ненадлежащая налоговая ставка 18% вместо ставки 10%, спорные счета-фактуры не могут являться основанием для принятия к вычету сумм НДС, предъявленных контрагентами обществу. При таких обстоятельствах суды правомерно отказали в удовлетворении заявленных обществом требований.

Как следует из материалов дела, в подтверждение заявленных вычетов налогоплательщиком представлены все необходимые документы по сделке со спорными контрагентами (договоры, счета-фактуры, товарные накладные), соответствующие требования действующего законодательства. Судами правомерно отмечено, что, отсутствие у контрагента имущества на праве собственности и штатных работников не исключает возможности привлечения этой организацией работников, техники и складских помещений на основании гражданско-правовых договоров с гражданами и другими организациями.

Действующее правовое регулирование предполагает отнесение вознаграждения, производимого членам совета директоров и ревизионной комиссии общества в связи с выполнением возложенных на них обязанностей по управлению и контролю за деятельностью общества, к объекту обложения страховыми взносами независимо от того, содержится ли условие о выплате данного вознаграждения в договоре, заключаемом между членом соответствующего органа и обществом, и позволяет считать такие выплаты осуществляемыми в рамках гражданско-правовых договоров. Отнесение их к объекту обложения страховыми взносами является одним из элементов механизма, гарантирующего реализацию такими гражданами права на социальное обеспечение.

Как следует из материалов дела, инспекцией была проведена выездная налоговая проверка индивидуального предпринимателя, по результатам которой принято решение о доначислении единого налога, уплачиваемого в связи с применением УСН. Инспекция сослалась на необоснованное применение налогоплательщиком специального налогового режима в виде единого налога на вмененный доход в отношении осуществляемой предпринимателем торговли путем приема заказов по телефону и (или) компьютерным сетям с доставкой товара покупателю без использования для этих целей какого-либо объекта организации торговли.

Но требование ИП было удовлетворено, потому что при определении налоговой базы инспекция использовала произвольные данные о цене приобретаемых предпринимателем стройматериалов, причем в отсутствие доказательств их реализации в этих объемах и фактического получения налогоплательщиком дохода за спорный налоговый период.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из того, что отношения ИП и покупателей, в том числе являющихся юридическими лицами, обладают всеми признаками розничного товарооборота, поскольку налогоплательщик осуществлял предпринимательскую деятельность в стационарной торговой сети с площадью торгового зала 148,6 кв. м, руководствуясь публичной офертой и учетной политикой на основании договоров розничной купли-продажи, с выдачей покупателям товарных чеков на равных условиях, как физическим, так и юридическим лицам, что характеризует заключенные договоры в качестве сделок розничной купли-продажи; все покупатели приобретаемый у ИП товар в дальнейшем не перепродавали, а использовали его для личных, хозяйственных нужд (для демонстрации, хранения, реализации товара в местах торговли и общественного питания). Кроме того суды указали, что налоговым органом необъективно и недостоверно определен объем налоговых обязательств предпринимателя по общей системе налогообложения.

Как установлено судами, основанием для начисления налога по УСН (доходы) явился вывод налогового органа о занижении обществом налоговой базы в связи с невключением в нее дохода от реализации объекта недвижимого имущества. Компания не включила в расчет налога сумму дохода по продаже недвижимости и подала нулевую декларацию по УСН. Судебные инстанции поддержали позицию предприятия. Поскольку доказательств поступления денежных средств от продажи имущества на счета в банках и (или) в кассу общества налоговым органом не редставлено, суды обоснованно признали оспариваемое решение недействительным.

Довод кассатора об исчислении срока исковой давности с даты возникновения обязанности общества, как налогового агента, уплатить суммы НДФЛ, является ошибочным, поскольку суммы НДФЛ не вменяются ответчикам в качестве убытков общества, эти суммы в любом случае должны уплачивается обществом и убытками для него не являются.

Налоговый орган в ходе проверки пришел к выводу, что общество во 2 квартале 2013 г. неправомерно заявило к вычету налог на добавленную стоимость в сумме 3100229 руб. по оборудованию, ввезенному на территорию Российской Федерации в качестве замены ранее поставленного в 4 квартале 2012 г. оборудования, в отношении которого налог на добавленную стоимость, уплаченный налогоплательщиком при ввозе на территорию Российской Федерации, был заявлен в 4 квартале 2012 г. и право на возмещение этой суммы уже подтверждено инспекцией. Суды также сделали вывод об отсутствии у плательщика законных оснований для включения в состав налоговых вычетов НДС на сумму 3100229 руб. в налоговую декларацию за 2 квартал 2013 г., ранее заявленного к возмещению из бюджета в налоговой декларации за 4 квартал 2012 г.