Судебные дела

Оспариваемая норма, содержащаяся во взаимосвязанных положениях статьи 2 Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О налоге на прибыль предприятий и организаций" и пункта 3 Положения о составе затрат по производству и реализации продукции (работ, услуг), включаемых в себестоимость продукции (работ, услуг), и о порядке формирования финансовых результатов, учитываемых при налогообложении прибыли, в части отнесения к фактической себестоимости продукции (работ, услуг) затрат на гарантийный ремонт и гарантийное обслуживание изделий, на которые установлен гарантийный срок службы, учитываемых при налогообложении прибыли, является аналогичной норме, которая именно вследствие нарушения конституционных критериев законно установленного налога признана неконституционной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 октября 1999 года, и, следовательно, также не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 35, 46 и 57.

Не может быть признано конституционно обоснованным такое законодательное регулирование, которое не учитывает конституционную природу деятельности различных категорий самозанятых граждан, тем более что деятельность адвокатов основана на статье 48 Конституции Российской Федерации и не является предпринимательской или иной экономической деятельностью; не используя социально оправданную дифференциацию страховых взносов для разных категорий самозанятых граждан, законодатель тем самым вводит чрезмерные ограничения права собственности, что противоречит статьям 35 (части 1 и 2) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации.

Конституция Российской Федерации, закрепляя в статье 53 право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями соответствующих государственных (в том числе налоговых) органов или их должностных лиц, не конкретизирует порядок, условия и размер возмещения причиненного вреда и не предоставляет заинтересованным лицам право выбора конкретных форм такого возмещения; эти вопросы урегулированы другими законодательными актами, на основании которых разрешаются соответствующие споры

Что касается полномочий законодателя субъекта Российской Федерации, то он может осуществлять собственное правовое регулирование налоговых правоотношений, если оно не затрагивает интересы Российской Федерации, не увеличивает налоговое бремя и не ухудшает положение налогоплательщика по сравнению с тем, как это определяется федеральным законом 

Вытекающая из подпункта 1 пункта 1 статьи 212 Налогового кодекса Российской Федерации обязанность платить налог с дохода в виде материальной выгоды, полученной от экономии на процентах за пользование налогоплательщиком заемными (кредитными) средствами, полученными от организации, возникла у Т.И. Прохоровой не со дня заключения ею соответствующего договора в 1999 году, а с 1 января 2001 года, причем с учетом не первоначальной суммы заемных (кредитных) средств, а их остатка на указанную дату. Следовательно, нет оснований утеверждать, что новому налоговому обязательству придана обратная сила и что часть вторая статьи 31 противоречит статье 57 Конституции Российской Федерации.

Применение при установлении разницы суммы налога ставки рефинансирования Банка России (ставки банковского кредита), действовавшей на 15 число второго месяца истекшего квартала, придает такому порядку исчисления и уплаты налога признаки, присущие кредиту. Проценты на сумму налога являются доплатой бюджету фактических сумм налога с прибыли по результатам финансово-хозяйственной деятельности налогоплательщика за определенный период (отчетный, налоговый). Выявленная разница между суммой авансовых платежей и фактически подлежащей уплате суммой не является дополнительным платежом по налогу на прибыль, поскольку отражает суммы, недополученные государством либо переполученные им в результате периодического уточнения налогооблагаемой базы.

В случае непоступления в бюджет соответствующих денежных средств для установления недобросовестности налогоплательщиков налоговые органы вправе - в целях обеспечения баланса государственных и частных интересов - осуществлять необходимую проверку и предъявлять в арбитражных судах требования, обеспечивающие поступление налогов в бюджет, включая иски о признании сделок недействительными и о взыскании в доход государства всего полученного по таким сделкам, как это, в частности, предусмотрено статьей 169 ГК Российской Федерации, а также пунктом 11 статьи 7 Закона Российской Федерации "О налоговых органах Российской Федерации".

Применение при установлении разницы суммы налога ставки рефинансирования Банка России (ставки банковского кредита), действовавшей на 15 число второго месяца истекшего квартала, придает такому порядку исчисления и уплаты налога признаки, присущие кредиту. Проценты на сумму налога являются доплатой бюджету фактических сумм налога с прибыли по результатам финансово - хозяйственной деятельности налогоплательщика за определенный период (отчетный, налоговый). Выявленная разница между суммой авансовых платежей и фактически подлежащей уплате суммой не является дополнительным платежом по налогу на прибыль, поскольку отражает суммы, недополученные государством либо переполученные им в результате периодического уточнения налогооблагаемой базы.

Положение части второй статьи 208 ГПК РСФСР, на основании которого во всех случаях, без предусмотренных законом конституционно обусловленных оснований, исключается возможность обжалования в кассационном порядке судебных решений по не связанным с оспариванием результатов выборов или референдумов делам о нарушениях избирательных прав граждан, не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 32 (часть 2), 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3).

Из содержания оспариваемых норм Закона Российской Федерации "О налоге на добавленную стоимость" не вытекает, что они содержат прямой запрет производить возмещение (зачет) налога, уплаченного налогоплательщиками поставщикам материальных ресурсов, которые используются затем при производстве работ (услуг) за пределами Российской Федерации и стран СНГ (это признает и сам заявитель).

Статья 57 Конституции Российской Федерации, возлагая на каждого обязанность платить законно установленные налоги и сборы, не определяет порядок исполнения этой обязанности, который, являясь элементом налогообложения, устанавливается актами законодательства о соответствующих налогах и сборах. Право налогоплательщика во всех случаях только лично вносить в казну налоговый платеж из данной конституционной нормы не вытекает. Таким образом, возложение на налогового агента обязанности исчислить, удержать с налогоплательщика, который состоит с налоговым агентом в трудовых отношениях, и уплатить сумму налога (пункт 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации), что освобождает гражданина от необходимости делать это самому, не может рассматриваться как нарушение его конституционных прав и свобод.

Само по себе конституционное право наследования не порождает ни каких-либо прав в отношении наследуемого имущества, ни права или обязанности наследодателя завещать свое имущество тем или иным лицам. Соответствующие правоотношения регламентируются Гражданским кодексом РСФСР, исходящим из принципа свободы завещания, являющегося выражением личной воли завещателя, который вправе определить судьбу наследственного имущества с учетом отношений между ним и иными лицами. Содержащаяся в статье 35 (часть 4) Конституции Российской Федерации норма не может рассматриваться как гарантирующая какому-либо конкретному лицу право получить по завещанию имущество умершего; право же гражданина завещать свое имущество по своему усмотрению не отменяет и не умаляет конституционного права наследования (статья 55, часть 2, Конституции Российской Федерации).

Подобные различия не могут рассматриваться и как нарушающие закрепленное статьей 37 (часть 3) Конституции Российской Федерации право каждого на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации, а также равенство всех перед законом и судом (статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации), поскольку правила выплаты процентной надбавки в равной мере распространяются на всех проходящих службу в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях сотрудников органов внутренних дел.

В этих условиях, когда налогооблагаемая база по налогам на строения, принадлежащие физическим лицам, определяется как инвентаризационная стоимость, которая гораздо ниже рыночной стоимости объектов недвижимости, оспариваемые нормы Закона Российской Федерации "О налогах на имущество физических лиц" не дают достаточных оснований считать, что в результате их применения были нарушены закрепленные статьями 19 (часть 1), 46 (часть 1) и 57 Конституции Российской Федерации права гражданина А.В. Василенко. Ссылка же на нарушение этими нормами положений статей 1 (часть 1), 10, 15 (часть 3), 72 (пункт "и" части 1), 76 (часть 5) и 118 (часть 1) Конституции Российской Федерации носит произвольный характер, и, следовательно, данная жалоба не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Самостоятельное значение нормы статьи 304 Бюджетного кодекса Российской Федерации, предусматривающей взимание с банков пени как восстановительной меры, доказывает, что фактически в пункте 1 статьи 135 Налогового кодекса Российской Федерации под пеней понимается штрафной процент; к тому же, она взимается при неправомерном неисполнении банком в установленный срок решения налогового органа о взыскании налога, а также пени. Причем для установления неправомерности действий (или бездействия) банка необходимо доказать факт правонарушения с его стороны. Таким образом, "пеня" в данном случае является штрафом, и исходя из правовой позиции, содержащейся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 декабря 1996 года, следует признать, что данный штраф - в случае несогласия банка с налоговыми органами - не может быть взыскан в бесспорном порядке.

Пунктом 4 резолютивной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 декабря 1999 года установлен порядок исполнения данного Постановления, который сохраняет свою силу независимо от избранной законодателем формы нового правового регулирования отношений, связанных с платежами в Пенсионный и другие фонды Российской Федерации. Разрешение же спорных вопросов, касающихся исполнения решения Конституционного Суда Российской Федерации в случае отказа соответствующих органов в удовлетворении требований заинтересованных лиц, относится к полномочиям судов общей юрисдикции.

Оспариваемые положения Законов города Москвы "О законодательных актах города Москвы" и "Регламент Московской городской Думы" были применены Московской городской Думой в процессе законодательной деятельности - при введении в действие Закона города Москвы "О внесении изменения в статью 3 Закона города Москвы от 17 марта 1999 г. N 14 "О налоге с продаж". Ссылки же на них в судебных решениях обусловлены лишь необходимостью оценки доводов К.Н. Кубушки (который юридическим плательщиком налога с продаж не является) в обоснование своей позиции относительно несоответствия названного Закона Налоговому кодексу Российской Федерации.

После вступления Федерального закона "О введении в действие части первой Налогового кодекса Российской Федерации" в силу (со дня опубликования в официальных изданиях) оспариваемая норма применению не подлежит. То обстоятельство, что в названном Федеральном законе она не указана среди утрачивающих силу норм, правового значения не имеет.

Возлагая в публичных интересах на организации любых организационно - правовых форм обязанность по обеспечению занятости инвалидов, созданию им необходимых условий труда, предоставлению предусмотренных законом гарантий и льгот в сфере труда, федеральный законодатель вправе с учетом такого обременения и в целях стимулирования использования этими организациями труда инвалидов установить для данной категории работодателей налоговые льготы, в том числе в отношении уплаты единого социального налога.