Судебные дела

Из анализа выписок спорных контрагентов по расчетным счетам в банках следует неосуществление ими реальной хозяйственной деятельности, отсутствие расходов на выплату заработной платы, аренду помещений, транспортных средств и оборудования (инструментов), а также коммунальных платежей и приобретение материалов, поступающие денежные средства перечислялись в этот или на следующий день на расчетные счета фирм-однодневок, с дальнейшим выводом из оборота.

Суды пришли к выводу о невозможности реального осуществления заявителем хозяйственных операций с данными контрагентами в спорный период поставки. Основанием для выводов суда стали установленные обстоятельства: документы, представленные заявителем являются недостоверными, неполными и противоречивыми.

Налогоплательщик должен был не только проверить правоспособность контрагентов, но и деловую репутацию и платежеспособность, реальность совершения контрагентами хозяйственных операций, а также удостовериться в личности лиц, действующих от имени данных контрагентов и о наличии у них соответствующих полномочий.

Налоговый орган доначислил компании налог, пени на том основании, что сделки с контрагентом (по мнению ИФНС) являются мнимыми. Но, как установили судьи, реальность сделки между партнерами подтверждается первичными документами, оформленными без нарушения требований законодательства. При таких обстоятельствах суды правомерно удовлетворили заявленные требования общества в части доначисления НДС.

Суды пришел к правильному выводу о том, что налоговым органом собранными в ходе выездной налоговой проверки документами доказано представление налогоплательщиком недостоверных и противоречивых сведений относительно хозяйственных операций со спорным контрагентом, а также нереальный характер этих операций, в связи с чем, представленные заявителем по спорному контрагенту документы не могут служить основанием для принятия налоговых вычетов по НДС, доначисление предпринимателю НДС является правомерным.

Требование компании было удовлетворено, поскольку налоговы орган не доказал совершение ИП и контрагентом умышленных действий, направленных на уменьшение налогообложения.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

При отсутствии доказательств совершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент).

Суды установили, что представленные обществом документы не подтверждают реальность хозяйственных операций с участием вышеназванных контрагентов. Наличие между обществом и заявленными контрагентами формального документооборота без подтверждения реального выполнения спорных работ указанными контрагентами не позволяет налогоплательщику применить налоговые вычеты по НДС.

Судебными инстанциями правомерно отмечено, что сам по себе факт государственной регистрации в качестве юридического лица не характеризует контрагента как добросовестного, надежного и стабильного участника хозяйственных взаимоотношений.

При реальности произведенного сторонами исполнения по сделке, то обстоятельство, что эта сделка и документы, подтверждающие ее исполнение, от имени контрагента общества оформлены за подписью лица, отрицающего их подписание, само по себе не является безусловным и достаточным доказательством, свидетельствующим о получении заявителем необоснованной налоговой выгоды.

Довод о недобросовестности налогоплательщика должен быть основан на объективной информации, бесспорно подтверждающей, что его действия не имели разумной хозяйственной цели, а были направлены исключительно на создание необоснованных налоговых последствий. Суды признали недоказанным инспекцией факт отсутствия реальных хозяйственных операций между заявителем и его контрагентами, соответственно, ошибочными выводы о формальности соответствующего документооборота.

Суды пришли к правомерному выводу, что совокупность представленных суду документов свидетельствует о заявлении обществом налоговой выгоды вне связи с реальным осуществлением деятельности. Налоговым органом доказана недобросовестность общества и направленность его действий на неправомерное уменьшение налогового бремени.

Как отмечено судами, из обжалуемых решений инспекции не следует, какие из выявленных фактов, якобы свидетельствующих о недостоверности и неполноте сведений, содержащихся в первичных документах и неудовлетворяющих требованиям статьи 169 Кодекса, действительно не соответствуют требованиям названной статьи Кодекса и приводят к искажению реквизитов счет-фактур. При этом инспекция не оспаривает, что приобретаемый товар был необходим обществу и использовался им в деятельности, облагаемой налогом на добавленную стоимость. Факт поставки, оплаты товара и его принятие налоговым органом в ходе проверки не опровергнуто. Суды отклонили доводы налогового органа об участии спорных контрагентов в качестве лишнего звена в цепочке сделок по приобретению подсолнечника как основанные на предположениях.

При заключении сделок налогоплательщик должен не только затребовать учредительные документы и убедиться в наличии у контрагентов статуса юридического лица, но и удостовериться в личности лиц, действующих от имени юридических лиц, а также о наличии у них соответствующих полномочий.

Налоговым органом также не представлено достаточных доказательств не проявления должной осмотрительности в выборе обществ в качестве контрагентов. При заключении договора налогоплательщик удостоверился в правоспособности контрагента и его надлежащей государственной регистрации в качестве юридических лиц.

Суды правомерно отклонили доводы инспекции о нереальности хозяйственных операций между обществом и его контрагентами, указав, что данные доводы основаны на том, что, по мнению инспекции, общество является участником схемы получения необоснованной налоговой выгоды и не представило надлежащие доказательства перевозки товара от партнеров. При этом суды исходили из того, что общество заявило НДС к возмещению по операциям реализации товара, а не услуги по перевозке.

Общество, получив от контрагента товар и счета-фактуры с выделенной суммой НДС, вправе использовать соответствующие вычеты, а контрагент обязан уплатить НДС в бюджет. Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Формальное указание налоговым органом на то, что на представленных счет-фактурах и товарных накладных отражены подписи неустановленных лиц, не является безусловным основанием для отказа налогоплательщику в применении налоговых вычетов, поскольку в данном случае отсутствуют доказательства, опровергающие реальность оказанных услуг.

В ходе проверки установлено, что у поставщика отсутствуют основные средства и расходы, необходимые для выполнения обязательств по заключенным договорам и для ведения обычной хозяйственной деятельности (заработная плата, арендные, коммунальные платежи). Всесторонне и полно исследовав имеющиеся в деле доказательства и оценив их во взаимосвязи и совокупности, суды пришли к выводам о нереальности хозяйственных операций между обществом и контрагентом; представленные первичные документы содержат недостоверные сведения; о создании формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды.