Логин или email Регистрация Пароль Я забыл пароль


Войти при помощи:

Судебные дела / Пленумы судов / Обобщение судебной практики по делам, рассмотренным в кассационном порядке в первом полугодии 2008г.

Обобщение судебной практики по делам, рассмотренным в кассационном порядке в первом полугодии 2008г.

ФАС Северо-Кавказского округа

30.04.2010  

РАЗДЕЛЫ ОБОБЩЕНИЯ:

– СПОРЫ ПО УПЛАТЕ НАЛОГА НА ИМУЩЕСТВО

– СПОРЫ ПО НАЛОГУ НА ЗЕМЛЮ

– СПОРЫ О ПРАВЕ СОБСТВЕННОСТИ

– ПРИВАТИЗАЦИЯ ЗЕМЛИ

– ПРИМЕНЕНИЕ ГЛАВЫ 14 КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ

Споры по уплате налога на имущество

1. Имущество, используемое организациями для нужд обороны, гражданской обороны, обеспечения безопасности и охраны правопорядка в Российской Федерации, принадлежащее федеральному органу исполнительной власти на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, не является объектом налогообложения налогом на имущество.

Суд, удовлетворяя заявление учреждения (санатория МВД России) о признании недействительным, в частности, требования налоговой инспекции об уплате налога на имущество, исходил из того, что закрепленное за учреждением имущество не является объектом обложения налогом на имущество в силу подпункта 2 пункта 4 статьи 374 Налогового кодекса Российской Федерации.

Кассационная инстанция судебные акты оставила без изменения.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 374 Налогового кодекса Российской Федерации имущество, принадлежащее на праве хозяйственного ведения или оперативного управления федеральным органом исполнительной власти, в которых законодательно предусмотрена военная и (или) приравненная к ней служба, используемое этими органами для нужд обороны, гражданской обороны, обеспечения безопасности и охраны правопорядка в Российской Федерации, не является объектом налогообложения налогом на имущество.

Статьи 9 и 12 Закона Российской Федерации от 05.03.1992 № 2446-1 «О безопасности» предусматривают, что основными функциями системы безопасности являются создание и поддержание в готовности сил и средств обеспечения безопасности, управление указанными силами, средствами. К силам обеспечения безопасности относятся органы внутренних дел.

В соответствии с положением о Министерстве внутренних дел Российской Федерации МВД России является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, а также по выработке государственной политики в сфере миграции.

Следовательно, применение учреждением льготы подпункта 2 пункта 4 статьи 374 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении имущества, переданного ему на праве оперативного управления, является обоснованным.

2. Льгота, предусмотренная пунктом 16 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации, предоставляется научным учреждениям только в отношении имущества (основных средств), используемого в рамках научной деятельности.

Налоговая инспекция обратилась в арбитражный суд с заявлением о взыскании с государственного научного учреждения налога на имущество.

Суд, удовлетворяя требования, установил, что государственное научное учреждение в проверяемый налоговый период осуществляло не только научно-исследовательскую деятельность, определенную Уставом, но и оказывало услуги по сдаче в аренду коммерческим организациям части помещений, расположенных в здании, переданных ему в оперативное управление.

По мнению учреждения, Налоговый кодекс Российской Федерации не предусматривает деление объекта для целей налогообложения налогом на имущество пропорционально каким-либо показателям в зависимости от использования налогоплательщиком имущества одновременно в целях научной (научно-исследовательской) и иной деятельности.

Кассационная инстанция поддержала выводы судебных инстанций.

В соответствии с пунктом 16 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации освобождаются от налогообложения налогом на имущество научные организации Российской академии наук, Российской академии медицинских наук, Российской академии сельскохозяйственных наук, Российской академии образования, Российской академии архитектуры и строительных наук, Российской академии художеств – в отношении имущества, используемого ими в целях научной (научно-исследовательской) деятельности.

В случае, когда часть имущества использовалась не в целях, оговоренных в пункте 16 статьи 381 Кодекса, то льгота не могла быть предоставлена в отношении этих объектов. В ином случае теряется смысл установления данной льготы, так как предоставление названной налоговой льготы налогоплательщикам, самостоятельно не использующим числящееся на их балансе имущество, приводило бы к прямому искажению предусмотренных законом особенностей реализации механизма налоговой льготы, предоставляемой в отношении только того имущества, которое используется самим налогоплательщиком непосредственно в указанных законом сферах деятельности.

При таких обстоятельствах довод учреждения о необходимости распространения действия льготы на имущество, не используемое в целях, определенных в пункте 16 статьи 381 Кодекса, является необоснованным.

3. Имущество, приобретенное в собственность и предназначенное исключительно для передачи в аренду по договору лизинга с 2006 года, включается в налоговую базу по налогу на имущество, до 2006 года указанное имущество не идентифицировалось в качестве основных средств и не учитывалось при определении налоговой базы.

Налоговая инспекция по результатам камеральной налоговой проверки налоговой декларации предприятия по налогу на имущество за 12 месяцев 2005 года вынесла решение о привлечении предприятия к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации.

Налоговая инспекция обратилась в арбитражный суд с заявлением к предприятию о взыскании налоговых санкций.

Решением заявленные требования налоговой инспекции удовлетворены.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда отменено, в удовлетворении требований налоговой инспекции отказано. Судебный акт мотивирован тем, что вывод суда первой инстанции об обязанности предприятия уплачивать в 2005 году налог на имущество с имущества, переданного арендатору по договору лизинга, не основан на нормах права.

Суд кассационной инстанции оставил в силе постановление апелляционной инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 374 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения для российских организаций признается движимое и недвижимое имущество (включая имущество, переданное во временное владение, пользование, распоряжение или доверительное управление, внесенное в совместную деятельность), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета.

Имущество, приобретенное лизингодателем в собственность и предназначенное исключительно для передачи его в аренду по договору лизинга, приходуется непосредственно по дебету счета 03 «Доходные вложения в материальные ценности» без корреспонденции со счетом 01 «Основные средства».

Изменения, позволяющие отнести лизинговое имущество к основным средствам, внесены приказом Минфина России от 12.12.2005. По данному приказу, начиная с бухгалтерской отчетности 2006 года, объект принимается организацией к бухгалтерскому учету в качестве основных средств, если предназначен для использования в производстве продукции, при выполнении работ или оказании услуг, для управленческих нужд организации либо для предоставления организацией за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

У налоговой инспекции отсутствовали законные основания для включения в налоговую базу при исчислении налога на имущество в 2005 году остаточной стоимости имущества, приобретенного обществом для исполнения обязательств по договору лизинга и принятого на учет по счету 03 «Доходные вложения в материальные ценности», а следовательно, для начисления недоимки и штрафа по налогу на имущество за указанный период.

4. Установленные Налоговым кодексом Российской Федерации платежи и сборы не могут регулироваться законом, не отвечающим требованиям статей 3 и 17 Кодекса.

Федеральное государственное учреждение обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения налоговой инспекции о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности в виде взыскания штрафа за неуплату налога на имущество и за непредставление налоговой декларации по этому налогу.

Решением суда заявленные требования удовлетворены. Суд первой инстанции исходил из положений статьи 372 Налогового кодекса Российской Федерации, предусматривающей обязанность налогоплательщика по уплате налога с момента установления налога на территории субъекта Российской Федерации и введения его в действие законом субъекта Российской Федерации. Учитывая положения Закона о республиканском бюджете на 2004 год и то, что закон «О налоге на имущество организаций» субъекта Российской Федерации вступил в силу с 01.01.2005, суд пришел к выводу о том, что в 2004 году учреждение не являлось плательщиком налога на имущество.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда отменено. Отказ в удовлетворении требования учреждения мотивирован тем, что статьей 381 Налогового кодекса Российской Федерации, льгота, ранее применявшаяся учреждением, не предусмотрена. Суд счел, что налог на имущество должен уплачиваться учреждением в соответствии с Законом о бюджете.

Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа постановление апелляционной инстанции оставил в силе, обосновав свой вывод тем, что согласно статье 14 Налогового кодекса Российской Федерации налог на имущество организаций отнесен к региональным налогам. Налог на имущество введен на территории субъекта Российской Федерации с 01.01.2005. При нечетком урегулировании законодательства о налоге на имущество в субъекте Российской Федерации на 2004 год суд апелляционной инстанции правомерно руководствовался нормами Закона о бюджете в субъекте Российской Федерации и обоснованно взыскал суммы налога на имущество в соответствующий период времени.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации признал данный вывод кассационного суда несостоятельным.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал следующее. Закон о бюджете в субъекте Российской Федерации определил только ставку налога на имущество, данный закон не отвечает общим требованиям установления налогов и сборов, предусмотренным в статье 17 Налогового кодекса Российской Федерации, а также основным началам законодательства о налогах и сборах, предусмотренным в статье 3 Кодекса, в которой прямо указано, что ни на кого не может быть возложена обязанность уплачивать налоги и сборы, а также иные взносы и платежи, установленные в ином порядке, чем определено Налоговым кодексом Российской Федерации.

При отсутствии в субъекте Российской Федерации закона «О налоге на имущество организаций» у учреждения не возникло обязанности по уплате налога на имущество в 2004 году.

5. Имущество санаторно-курортных учреждений, относящееся к объектам социально-культурной сферы, не подлежит налогообложению налогом на имущество организаций.

Предприятие обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения налоговой инспекции о доначислении налога на имущество. По мнению налоговой инспекции, предприятие в нарушение пункта 7 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации при расчете налога на имущество за 2004, 2005 годы в состав льготируемого имущества включило имущество, не используемое в целях ведения деятельности в социально-культурной сфере.

Решением суда заявленные требования удовлетворены.

Суд установил, что основной вид деятельности предприятия – деятельность санаторно-курортных учреждений. Санаторно-курортное учреждение относится к объектам социально-культурной сферы, все виды его деятельности направлены на оказание услуг в социально-культурной сфере, обеспечение надлежащего отдыха и оздоровления отдыхающих.

В соответствии с пунктом 7 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации организации освобождаются от обложения налогом на имущество в отношении объектов социально-культурной сферы, используемых ими для нужд культуры и искусства, образования, физической культуры и спорта, здравоохранения и социального обеспечения.

При исследовании обстоятельств использования каждого из объектов спорного имущества установлено, что указанные объекты расположены на единой отгороженной территории и представляют собой единый комплекс. Данные объекты состоят на балансе предприятия и находятся в неразрывной технологической связи и непосредственно участвуют в процессе создания и оказания услуг в области санаторно-курортного лечения и оздоровления граждан.

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу о том, что спорное имущество, находящееся на балансе предприятия, не подлежит включению в налогооблагаемую базу по налогу на имущество как необходимое для процесса оказания санаторно-курортных и оздоровительных услуг.


Споры по налогу на землю

1. Муниципальные образования не относятся к организациям в смысле, придаваемом данному понятию Налоговым кодексом Российской Федерации, следовательно, они не признаются налогоплательщиками земельного налога в отношении муниципальных земель.

Муниципальное учреждение обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения налоговой инспекции о начислении земельного налога.

По мнению налоговой инспекции, согласно договорам купли-продажи муниципальное учреждение, действуя от имени муниципального образования, приобрело земельные участки, в связи с чем несет обязанность по уплате земельного налога.

Решением суда заявленные требования удовлетворены. Судебный акт мотивирован тем, что у учреждения как органа местного самоуправления отсутствует обязанность по уплате земельного налога, поскольку земельные участки находятся в муниципальной собственности, в составе местной казны городского округа.

Кассационная инстанция оставила решение суда без изменения.

Пункт 1 статьи 388 Налогового кодекса Российской Федерации признает налогоплательщиками земельного налога организации и физические лица, обладающие земельными участками на праве собственности, праве постоянного (бессрочного) пользования или праве пожизненного наследуемого владения.

В силу статьи 124 Гражданского кодекса Российской Федерации Российская Федерация, субъекты Российской Федерации: республики, края, области, города федерального значения, автономная область, автономные округа, а также городские, сельские поселения и другие муниципальные образования выступают в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений – гражданами и юридическими лицами.

К указанным субъектам гражданского права применяются нормы, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, если иное не вытекает из закона или особенностей данных субъектов.

Таким образом, гражданское законодательство не относит Российскую Федерацию, субъекты Российской Федерации и муниципальные образования к юридическим лицам, лишь распространяя на них правила, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством.

С учетом положений названных правовых норм муниципальные образования в целях законодательства о налогах и сборах не могут быть отнесены к организациям в смысле, придаваемом данному понятию Налоговым кодексом Российской Федерации.

Поскольку спорные земельные участки являются собственностью городского округа, зарегистрированы в реестре муниципального имущества, то основания для признания учреждения налогоплательщиком земельного налога в отношении муниципальных земель отсутствуют.

2. Действующим законодательством не предусмотрена одновременная уплата налога и арендной платы за пользование одним и тем же земельным участком.

Комитет по управлению имуществом обратился в арбитражный суд с иском к обществу о взыскании неосновательного обогащения за пользование земельными участками.

Как видно из материалов дела, решением главы администрации от 12.05.1992 городскому парку предоставлен земельный участок для размещения парка культуры и отдыха и выдан государственный акт на право постоянного (бессрочного) пользования землей. Распоряжением администрации от 27.06.2006 признан утратившим силу государственный акт от 12.05.1992, прекращено право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком.

Сторонами не оспаривается тот факт, что с 2004 по 2007 годы на территории городского парка размещались аттракционы, принадлежащие ответчику.

Полагая, что общество за указанный период должно внести плату за пользование земельными участками, расположенными под аттракционами, комитет обратился в арбитражный суд с иском.

Суд правомерно отказал во взыскании платы за пользование земельными участками за период до 2006 года, поскольку плату за участок в виде земельного налога вносил городской парк, владеющий землей на праве постоянного (бессрочного) пользования.

Согласно статье 65 Земельного кодекса Российской Федерации использование земли в Российской Федерации является платным. Формами платы за использование земли являются земельный налог и арендная плата. В силу статьи 388 Налогового кодекса Российской Федерации до прекращения права постоянного (бессрочного) пользования городской парк обязан был уплачивать земельный налог.

Таким образом, действующим законодательством не предусмотрена одновременная уплата налога и арендной платы за пользование одним и тем же земельным участком.

3. Земельные участки, занимаемые объектами инженерно-технических воинских формирований и дорожно-строительных воинских формирований при Спецстрое России, ограничены в обороте в соответствии с законодательством Российской Федерации и не облагаются налогом на землю (подпункт 3 пункта 2 статьи 389 Налогового кодекса Российской Федерации).

Государственное унитарное предприятие обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения налоговой инспекции о начислении налога на землю.

По мнению налоговой инспекции, предприятие не относится к органам, обеспечивающим безопасность и оборону. Следовательно, земельные участки, на которых расположены объекты инженерно-технических воинских формирований и дорожно-строительных воинских формирований при Спецстрое России, не могут быть признаны ограниченными в обороте и освобожденными от обложения земельным налогом.

Решением суда заявленные требования предприятия удовлетворены. Судебный акт мотивирован тем, что предприятие правомерно не уплачивало налог на землю.

Кассационная инстанция считает, что суд правильно применил нормы права и вынес законный акт, руководствуясь следующим.

На основании подпункта 3 пункта 2 статьи 389 Налогового кодекса Российской Федерации не признаются объектом обложения земельным налогом земельные участки, ограниченные в обороте в соответствии с законодательством Российской Федерации, предоставленные для обеспечения обороны, безопасности и таможенных нужд.

В соответствии со статьей 12 Закона Российской Федерации от 05.03.1992 № 2446-1 «О безопасности» силы и средства обеспечения безопасности включают в себя, в частности, Вооруженные Силы, федеральные органы безопасности, органы внутренних дел, внешней разведки.

В Уставе предприятия указано, что оно находится в ведомственном подчинении Спецстроя России и относится к инженерно-техническим (дорожно-строительным) воинским формированиям при Спецстрое России.

Исходя из положения об инженерно-технических воинских формированиях и дорожно-строительных воинских формированиях при Федеральном агентстве специального строительства, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16.08.2004 № 1084, согласно которому Федеральное агентство специального строительства (Спецстрой России) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим в интересах обороны и безопасности государства организацию работ в области специального строительства, дорожного строительства и связи силами инженерно-технических воинских формирований и дорожно-строительных воинских формирований при Федеральном агентстве специального строительства.

Следовательно, вывод суда о том, что заявитель, являясь федеральным унитарным предприятием, фактически выполняет функции органа государственной власти в области обороны и имеет право на получение льготы по земельному налогу, предусмотренной подпунктом 3 пункта 2 статьи 389 Налогового кодекса Российской Федерации, является обоснованным.

Споры о праве собственности

1. Требование покупателя о признании права собственности на приобретенный по договору купли-продажи объект недвижимости при невозможности регистрации перехода такого права по причине ликвидации продавца суд рассматривает как требование о государственной регистрации, самостоятельно квалифицируя правовое основание иска. В качестве ответчика по такому делу может быть привлечен орган местного самоуправления по месту расположения спорного объекта, поскольку в силу статьи 225 Гражданского кодекса Российской Федерации он имеет право на приобретение бесхозяйной недвижимой вещи.

Общество обратилось с иском к администрации муниципального образования о признании права собственности на здание. Основанием для предъявления иска послужили отсутствие государственной регистрации права собственности на объект недвижимости за продавцом, его ликвидация и необходимость государственной регистрации перехода права собственности к покупателю.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в иске отказано. Судебные акты мотивированы тем, что между сторонами отсутствует спор о праве, иск предъявлен к ненадлежащему ответчику.

В кассационной жалобе общество указывает, что договор купли-продажи здания исполнен сторонами, истец обратился в арбитражный суд в связи с ликвидацией контрагента по договору, иск предъявлен к органу местного самоуправления по месту расположения спорного объекта, так как в силу статьи 225 Гражданского кодекса Российской Федерации муниципалитет имеет право на приобретение бесхозяйной недвижимой вещи в порядке, предусмотренном законодательством. В материалы дела представлены доказательства, подтверждающие наличие у продавца права собственности на спорный объект.

Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа кассационную жалобу удовлетворил, отменив решение и постановление апелляционной инстанции по следующим основаниям.

Исходя из содержания норм Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» стороны по договору, предметом которого является недвижимость, должны совместно обратиться в регистрирующий орган с заявлением о регистрации перехода прав. Судебные инстанции установили, что продавец, получив по сделке стоимость имущества, не производил указанных действий, уклоняясь тем самым от регистрации перехода права.

Суды установили, что сделка купли-продажи имущества исполнена, несоответствий данной сделки закону и иным нормативным правовым актам не выявили.

В силу статей 8, 153, 218, 223 и 551 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка купли-продажи, не имеющая признаков недействительности и незаключенности, порождает у покупателя право потребовать от продавца совершения действий по регистрации перехода права собственности на объект недвижимости.

Согласно пункту 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации при уклонении одной из сторон от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности.

У суда нет оснований считать, что у продавца отсутствовало право собственности на спорное имущество, а следовательно, и право на его отчуждение.

Покупатель, фактически владея приобретенным имуществом в течение длительного времени и неся бремя его содержания, выбрал надлежащий способ защиты гражданских прав, обратившись с иском о признании права собственности, поскольку указанное решение является основанием для государственной регистрации права собственности.

Суд кассационной инстанции посчитал возможным разрешить спор по существу путем удовлетворения заявленных обществом требований.

2. Действия главы муниципального образования об отмене своего постановления о внесении имущества в уставный капитал хозяйственного общества влекут юридические последствия, связанные с изъятием имущества в административном порядке. Указанные действия неправомерны, если возврат приводит к негативным последствиям для общества и кредиторов, влекут его ликвидацию либо несостоятельность (банкротство). Для применения реституции требуется судебное решение, так как неустранимые нарушения, допущенные при создании общества, могут являться основанием для его ликвидации в порядке статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным постановления главы администрации, которым отменено ранее принятое этим же органом постановление «О внесении муниципального имущества в качестве вклада в уставный капитал общества».

Решением оспариваемое постановление признано недействительным. Судебный акт мотивирован тем, что спорное имущество передано муниципальным образованием в качестве вклада в уставный капитал при учреждении общества и является его собственностью. Указанная сделка не признана недействительной в порядке, предусмотренном гражданским законодательством, в связи с чем изъятие у общества производственной базы путем отмены ранее принятого акта о внесении этого имущества в уставный капитал общества недопустимо.

Постановлением апелляционной инстанции решение суда отменено, в удовлетворении заявления общества отказано на основании того, что сделка по внесению муниципального имущества в уставный капитал общества является ничтожной, а соответствующее постановление главы города − недействительным как принятое с нарушением законодательства о приватизации. Таким образом, глава администрации правомерно отменил свое постановление о внесении муниципального имущества в уставный капитал акционерного общества.

Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа постановление апелляционного суда отменил, решение суда оставил в силе, указав следующее.

Общество является коммерческой организацией, не созданной в процессе приватизации и обладающей имуществом на праве частной собственности. Доказательства включения спорного имущества в программу приватизации муниципального имущества не представлены.

Суд апелляционной инстанции сделал правильный вывод о том, что постановление о внесении муниципального имущества в уставный капитал общества не соответствует законодательству о приватизации. Сделка по внесению муниципального имущества в уставный капитал общества является ничтожной в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 28.08.95 № 154-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» решения органов местного самоуправления и должностных лиц местного самоуправления могут быть отменены органами и должностными лицами, их принявшими, либо признаны недействительными по решению суда. Основываясь на необходимости контроля за соблюдением действующего законодательства при осуществлении публичных функций, компетентный орган местного самоуправления, его должностное лицо в порядке самоконтроля вправе отменить ранее принятый правовой акт.

Вместе с тем, признавая правомерными действия главы города об отмене своего постановления о внесении муниципального имущества в уставный капитал акционерного общества, суд апелляционной инстанции не учел, что указанные действия влекут юридические последствия, связанные с изъятием в административном порядке имущества у общества.

Спорное имущество внесено в качестве вклада в уставный капитал до создания системы регистрационных органов, осуществляющих государственную регистрацию перехода права собственности, поэтому с момента регистрации акционерного общества, оно считается приобретшим право собственности на имущество, переданное в качестве вкладов его учредителями (пункт 3 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации). Совершив сделку по передаче имущества в уставный капитал общества, глава администрации не имел полномочий на расторжение указанной сделки в одностороннем порядке либо применение последствий ее недействительности во внесудебном порядке. Суд первой инстанции правомерно сделал вывод о несоответствии закону оспариваемого акта и о нарушении охраняемых законом интересов общества и его кредиторов. В случае ничтожности сделки по внесению имущества в уставный капитал хозяйственного общества, для применения реституции требуется судебное решение, так как неустранимые нарушения, допущенные при создании общества, могут являться основанием для его ликвидации в порядке статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации; рассматривая соответствующий спор, суд вправе отказать в истребовании вклада (имущества), если возврат приводит к негативным последствиям для общества и кредиторов, влечет его ликвидацию либо несостоятельность (банкротство).

С учетом изложенного заявленные требования общества обоснованно удовлетворены судом первой инстанции на основании статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации.

3. Если в отношении одного объекта недвижимости заключено несколько договоров купли-продажи, иск о регистрации перехода права собственности к одному из таких покупателей должен рассматриваться с учетом требований статьи 398 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд должен выяснить, кому из покупателей передана спорная недвижимость.

Индивидуальный предприниматель (далее − предприниматель) обратился в арбитражный суд с иском к обществу о признании права собственности на объекты недвижимого имущества.

Необходимость обращения в суд вызвана отсутствием у общества правоустанавливающих документов на спорные объекты.

Решением иск удовлетворен на том основании, что право собственности перешло к предпринимателю на основании заключенного с обществом договора купли-продажи. Право собственности общества на спорное имущество подтверждено постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа по другому делу, в котором оспорены договоры купли-продажи, заключенные обществом и фирмой (далее – постановление ФАС СКО).

В апелляционной инстанции дело не рассматривалось.

Организация обратилась с кассационной жалобой в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку она не привлекалась к участию в деле. Заявитель жалобы ссылается на то, что постановление ФАС СКО не содержит выводов о принадлежности спорных объектов на праве собственности обществу. Указанным постановлением лишь признаны недействительными договоры, заключенные обществом и фирмой. На момент принятия обжалуемого решения рассматривался иск о признании права собственности организации к обществу.

В качестве основания возникновения права собственности на спорное имущество организация указывает на соглашение об отступном, заключенное с обществом в целях частичного погашения долга последнего перед организацией.

Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа решение отменил, дело передал на новое рассмотрение, указав следующее.

Признавая по настоящему делу право собственности на спорное имущество за предпринимателем, суд первой инстанции принял во внимание договор, заключенный обществом и предпринимателем, и сослался на постановление ФАС СКО как на доказательство наличия у общества (продавца) права собственности на переданное по договору купли-продажи имущество. Однако в рамках названного дела рассмотрены требования о признании недействительными договоров купли-продажи спорного имущества, заключенных обществом и фирмой, и обязании возвратить имущество обществу.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах. Следовательно, у сторон недействительной сделки отсутствует необходимость предоставлять доказательства наличия прав на предмет реституции. Целью реституции является восстановление положения, существовавшего до заключения сделки, а не установление прав и титулов на имущество. При отсутствии доказательств наличия прав на спорное имущество как у стороны по недействительной сделке, так и у других лиц, вещь возвращается истцу (стороне по сделке) только в силу того, что оно было им же ранее передано другой стороне по сделке (буквальное толкование статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации), если не имеется иных препятствий к осуществлению реституции. Таким образом, сам по себе факт удовлетворения требований о признании недействительными договоров купли-продажи спорного имущества и возвращения его продавцу не может свидетельствовать о наличии у него права собственности на это имущество.

Поскольку на момент вынесения обжалуемого решения в арбитражном суде рассматривался спор между организацией и обществом о принадлежности спорного имущества организации на основании соглашения об отступном, вывод о принадлежности того же имущества предпринимателю по договору купли-продажи преждевременен и затрагивает интересы организации.

В силу статьи 398 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения обязательства передать индивидуально-определенную вещь в собственность, в хозяйственное ведение, в оперативное управление или в возмездное пользование кредитору последний вправе требовать отобрания этой вещи у должника и передачи ее кредитору на предусмотренных обязательством условиях. Это право отпадает, если вещь уже передана третьему лицу, имеющему право собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления. Если вещь еще не передана, преимущество имеет тот из кредиторов, в пользу которого обязательство возникло раньше, а если это невозможно установить, − тот, кто раньше предъявил иск. Данные обстоятельства суд не исследовал, факт нахождения имущества во владении предпринимателя не установил.

4. В соответствии с пунктом 2 статьи 354 Гражданского кодекса Российской Федерации ипотека в отношении имущества прекращается лишь в тех случаях, когда имущество, являющееся предметом ипотеки, изымается у залогодателя в установленном федеральным законом порядке (виндикация) на том основании, что в действительности собственником этого имущества является другое лицо.

Банк обратился в арбитражный суд с заявлением к регистрационной службе о признании незаконным ее отказа в восстановлении регистрационной записи об ипотеке недвижимого имущества.

Решением суд обязал регистрационную службу восстановить запись об ипотеке, признав отказ в восстановлении записи неправомерным, так как судебный акт (решение суда общей юрисдикции), во исполнение которого регистрационная запись о договоре ипотеки погашена, отменен надзорной инстанцией.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, банку в удовлетворении заявления отказано, на регистрационную службу возложена обязанность по исключению из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним восстановленной записи об ипотеке. Судебный акт мотивирован тем, что договор залога, заключенный между банком и залогодателем, ничтожен, поскольку заложенное имущество не принадлежало залогодателю, в связи с этим отказ в восстановлении записи об ипотеке не нарушает законных прав банка.

Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа постановление апелляционного суда отменил, решение оставил в силе со ссылкой на следующее.

Рассматривая требования банка о признании незаконным отказа в восстановлении регистрации договора ипотеки, апелляционная инстанция неправильно применила специальные нормы материального закона, регулирующие данные отношения.

Согласно пункту 2 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункту 1 статьи 6 Федерального закона от 16.07.98 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке) ипотека может быть установлена на имущество, которое принадлежит залогодателю на праве собственности или на праве хозяйственного ведения. Договор ипотеки, не соответствующий данному требованию, ничтожен. В рассматриваемом случае специальной нормой, направленной на защиту интересов залогодержателя и обеспечение стабильности экономических отношений, предусмотрены иные последствия ничтожности ипотеки, если сделка недействительна ввиду отсутствия у залогодателя прав на заложенное имущество.

В соответствии с пунктом 2 статьи 354 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 42 Закона об ипотеке в случаях, когда имущество, являющееся предметом ипотеки, изымается у залогодателя в установленном федеральным законом порядке на том основании, что в действительности собственником этого имущества является другое лицо (виндикация), ипотека в отношении этого имущества прекращается.

Таким образом, законодательством предусмотрено, что и недействительный залог порождает у залогодержателя право обращения взыскания на заложенное имущество, если только собственник в установленном федеральным законом порядке, т. е. путем предъявления виндикационного иска, не изымет его у залогодателя.

Непосредственно из содержания Закона об ипотеке также следует, что виндикационный иск в отношении заложенного имущества должен предъявляться, в отступление от общего правила, даже в том случае, когда владение залогодателем не осуществляется и фактически перешло от него к собственнику в результате злонамеренного соглашения этих лиц в целях причинения ущерба залогодержателю. Иначе не может быть достигнута основная цель, преследуемая указанными специальными нормами − защита интересов залогодержателя.

Из свидетельства о государственной регистрации права следует, что право собственности на спорное имущество зарегистрировано за гражданином. Однако с учетом изложенных выводов при отсутствии доказательств истребования имущества его собственником в порядке статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации данное обстоятельство не может служить препятствием для признания отказа в восстановлении регистрационной записи об ипотеке незаконным.

Действия по аннулированию регистрационной записи не имели правовых оснований и были произведены только лишь на основании судебного акта, признанного не соответствующим закону и отмененного вышестоящей инстанцией суда общей юрисдикции.

5. Принятие решения органом субъекта федерации о передаче в порядке статьи 85 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» в муниципальную собственность имущества, находящегося в хозяйственном ведении государственного предприятия, невозможно без соответствующего согласия государственного предприятия.

Администрация города обратилась в арбитражный суд с требованием признать незаконным бездействие правительства края, выразившееся в несовершении действий по передаче в собственность муниципального образования имущества, необходимого для водоснабжения города; обязать правительство края безвозмездно передать в муниципальную собственность спорное имущество.

Решением в удовлетворении заявления отказано. Суд исходил из того, что для передачи спорных объектов в муниципальную собственность необходимо согласие органа государственной власти соответствующего субъекта Российской Федерации и предприятия, в хозяйственном ведении которого находится спорное имущество.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено, бездействие правительства края признано незаконным, на правительство возложена обязанность передать в муниципальную собственность краевое имущество, необходимое для восстановления водоснабжения в границах города. Ответчик не принял необходимых мер для исполнения закона в указанный срок.

Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа постановление апелляционного суда отменил, указав на неправильное применение судом норм материального права, оставил в силе решение.

Согласно части 11 статьи 154 Федерального закона от 22.08.2004 № 122-ФЗ
«О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации"» (далее - Закон от 22.08.2004 № 122-ФЗ) решения о передаче имущества из собственности субъектов федерации в муниципальную собственность принимаются уполномоченными органами субъектов федерации. Этими решениями утверждаются перечни передаваемого имущества либо перечни передаваемых государственных предприятий, право собственности на которые переходит к другому собственнику. Решения органов субъектов федерации являются основаниями возникновения права собственности на имущество, включенное в утвержденные перечни. Передача имущества, закрепленного за государственными предприятиями, может быть осуществлена исключительно с согласия указанных предприятий. В этом случае от передающей стороны передаточный акт подписывается уполномоченным лицом предприятия. Перечень документов, необходимых для принятия решения о передаче имущества из собственности субъекта федерации в муниципальную собственность, устанавливается Правительством
Российской Федерации.

Из приведенной нормы следует, что воля законодателя, выраженная в пункте 3 части 1 статьи 85 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», направлена прежде всего на передачу в муниципальную собственность находящегося в собственности субъекта федерации имущества, не переданного в хозяйственное ведение государственных предприятий, а для передачи имущества, находящегося в хозяйственном ведении, требуется дополнительное условие − согласие указанных предприятий, при отсутствии которого уполномоченный орган субъекта федерации не может принять решение о передаче имущества и утвердить его перечень. Признание в этой ситуации субъекта федерации бездействующим не соответствует буквальному содержанию и правовому смыслу приведенных норм.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.06.2006 № 374
«О перечнях документов, необходимых для принятия решения о передаче имущества из федеральной собственности в собственность субъекта Российской Федерации или муниципальную собственность, из собственности субъекта Российской Федерации в федеральную собственность или муниципальную собственность, из муниципальной собственности в федеральную собственность или собственность субъекта Российской Федерации» (далее − постановление Правительства РФ № 374) к необходимым для принятия решения документам, в частности, отнесены предложение органа государственной власти субъекта Российской Федерации о передаче имущества субъекта в муниципальную собственность и согласие (письмо) государственного предприятия на передачу имущества, принадлежащего ему на праве хозяйственного ведения.

Суд первой инстанции обоснованно применил к возникшим правоотношениям не только статью 85 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», но и часть 11
статьи 154 Закона от 22.08.2004 № 122-ФЗ, а также постановление Правительства Российской Федерации от 13.06.2006 № 374.

В постановлении от 30.06.2006 № 8-П применительно к передаче государственной собственности субъектов Российской Федерации в федеральную собственность Конституционный Суд Российской Федерации указал, что по смыслу положений части 11 статьи 154 Федерального закона от 22.08.2004 № 122-ФЗ безвозмездная передача государственной собственности предполагает необходимость согласованных действий соответствующих органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации. Тем самым федеральный законодатель, обеспечивая во исполнение предписаний Конституции Российской Федерации баланс интересов Российской Федерации и интересов ее субъектов, исключил возможность принятия федеральным органом исполнительной власти решения о безвозмездной передаче того или иного имущества, находящегося в собственности субъекта Российской Федерации, в федеральную собственность в одностороннем порядке. Суд первой инстанции указал, что изложенная в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации позиция применима и к правоотношениям по передаче имущества, находящегося в собственности субъектов Российской Федерации, в муниципальную собственность. Этот вывод соответствует резолютивной части постановления от 30.06.2006 № 8-П, в которой указано, что конституционно-правовой смысл положений части 11 статьи 154 Федерального закона от 22.08.2004 № 122-ФЗ, выявленный в указанном постановлении, является общеобязательным и исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.

Таким образом, односторонней инициативы муниципального образования недостаточно для реализации положений статьи 85 Закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ
«Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации». Для этого необходима совместная с субъектом Российской Федерации, а в соответствующих случаях и с государственным предприятием, процедура согласования и определения конкретных имущественных объектов, которые действительно необходимы для выполнения задач, стоящих перед местным самоуправлением.

Суд апелляционной инстанции не учел названных особенностей во взаимоотношениях спорящих сторон, что, в частности, привело к принятию неисполнимого решения, предписывающего передать индивидуально не определенное имущество.

Приватизация земли

1. Решение о резервировании земельного участка для государственных или муниципальных нужд, принятое после обращения лица с заявлением о выкупе участка, может являться препятствием для его приватизации в случае, если резервирование осуществлено на основании генерального плана развития населенного пункта либо иной градостроительной документации, касающейся планирования и застройки, утвержденной до обращения заинтересованного лица с заявлением о выкупе земельного участка, из которой следует, что земельный участок предназначен для использования в муниципальных и общественных интересах.

Индивидуальный предприниматель обратился в арбитражный суд с требованием о заключении договора купли-продажи земельного участка под объектом недвижимости.

Решением в иске отказано со ссылкой на то, что истец не доказал факта обращения в администрацию с заявлением о предоставлении в собственность земельного участка; распоряжением администрации зарезервирован земельный участок.

Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа решение отменил, дело передал на новое рассмотрение.

По смыслу пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства» правомерным основанием для отказа в продаже земельного участка может служить то обстоятельство, что в силу акта соответствующего органа власти о резервировании, утвержденного до обращения собственника недвижимости с заявлением о выкупе земельного участка, на данном земельном участке предусмотрено строительство другого объекта.

Таким образом, основанием для отказа собственнику недвижимого имущества в приватизации расположенного под объектом недвижимости земельного участка может служить решение о резервировании земельного участка для муниципальных нужд, принятое до обращения лица с соответствующим заявлением. Аналогичное решение, принятое после обращения лица с заявлением о выкупе участка, может являться препятствием для приватизации земельного участка в случае, если резервирование осуществлено на основании генерального плана развития населенного пункта либо иной градостроительной документации, касающейся планирования и застройки, утвержденной до обращения заинтересованного лица с заявлением о выкупе земельного участка, из которой следует, что земельный участок предназначен для использования в муниципальных и общественных интересах.

Между тем распоряжение администрации «О резервировании земельных участков для строительства инженерных коммуникаций» принято после обращения предпринимателя с иском о понуждении заключить договор купли-продажи. Суд не выяснил, когда фактически поступило заявление предпринимателя в администрацию, не установил, имеется ли генеральный план развития населенного пункта либо иная градостроительная документация, касающаяся планирования и застройки, утвержденной до подачи предпринимателем заявления.

2. Отсутствие в кадастровом плане сведений о нахождении земельного участка в зоне округа санитарной охраны курорта не может являться основанием для неприменения к нему режима земель особо охраняемых территорий.

Индивидуальный предприниматель обратился с заявлением о признании незаконным отказа администрации в принятии решения о предоставлении ему в собственность земельного участка.

Решением требования удовлетворены. Суд обязал администрацию изготовить и утвердить проект границ данного земельного участка и направить его заявителю. Судебный акт мотивирован тем, что испрашиваемый земельный участок расположен вне пределов зон санитарной охраны курорта и поэтому может быть предоставлен в частную собственность.

В обоснование указанного вывода суд сослался на заключение геодезического предприятия и указал, что согласно кадастровому плану участок относится к землям поселений и находится в центре жилой застройки, территория которого не может быть полностью отнесена к особо охраняемым природным территориям.

Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа решение отменил, дело направил на новое рассмотрение с указанием следующего. Суду необходимо исследовать вопрос о том, находится ли участок в границах зон санитарной охраны курорта федерального значения, обратить внимание на то обстоятельство, что отсутствие в кадастровом плане сведений о нахождении земельного участка в зоне округа санитарной охраны курорта не может являться основанием для неприменения к нему режима земель особо охраняемых территорий в силу статьи 85 Земельного кодекса Российской Федерации, а также учесть, что в соответствии со статьей 94 Кодекса к землям особо охраняемых территорий, ограниченным в обороте в силу статьи 27 Кодекса, относятся не только земли лечебно-оздоровительных местностей и курортов, но и земли природоохранного, рекреационного, историко-культурного назначения, иные особо ценные земли в соответствии с Кодексом, федеральными законами.

Суд неправомерно не принял в качестве доказательств, подтверждающих нахождение испрашиваемого участка в границах зон санитарной охраны курорта письмо Управления Росприроднадзора, в то время как Росприроднадзор является органом, осуществляющим ведение кадастра земель особо охраняемых природных территорий.

3. Выкупная цена земельного участка должна определяться на основании нормативных правовых актов, действующих на дату заключения договора купли-продажи либо принятия судебного акта о понуждении уполномоченного органа заключить такой договор.

Истец обратился в администрацию с заявлением о выкупе земельного участка.

Решением признан незаконным отказ администрации в выкупе обществом названного земельного участка. Суд обязал администрацию в двухнедельный срок направить обществу договор купли-продажи земельного участка.

Администрация и общество не заключили договор купли-продажи. Общество, полагая, что имеет право приобрести земельный участок по цене, определенной на дату его обращения с заявлением о выкупе земельного участка, обратилось с иском в арбитражный суд.

Решением, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе общество ссылается на то, что суды не приняли во внимание, что вступившими в законную силу решениями установлено нарушение администрацией права общества на своевременное приобретение в собственность земельного участка. Учитывая это обстоятельство, цена земли должна определяться на момент первоначального обоснованного обращения общества с заявлением о приобретении в собственность земельного участка под объектами недвижимого имущества.

Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа оставил кассационную жалобу без удовлетворения.

В силу пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами, действующими в момент его заключения. Согласно статье 424 Кодекса в предусмотренных законом случаях применяются цены, устанавливаемые или регулируемые уполномоченным на то государственным органом.

Учитывая изложенное, суды пришли к правильному выводу о том, что выкупная цена земельного участка должна определяться на основании нормативных правовых актов, действующих на дату заключения договора купли-продажи либо принятия судебного акта о понуждении уполномоченного органа заключить такой договор.

При таких обстоятельствах у судов отсутствовали основания для удовлетворения иска общества о признании права на приобретение земельного участка в собственность по цене, определенной на дату его обращения с заявлением о выкупе участка.

Применение главы 14 Кодекса Российской Федерации

об административных правонарушениях

1. Отсутствие свидетельства о государственной регистрации права оперативного управления на имущество учреждения на момент проверки является нарушением подпункта "а" пункта 5 Положения о лицензировании медицинской деятельности и основанием для привлечения лица к ответственности за осуществление предпринимательской деятельности с грубым нарушением условий лицензии по части 4 статьи 14.1 КоАП РФ.

На основании распоряжения администрации города муниципальное имущество передано в оперативное управление учреждения. Право оперативного управления учреждение не зарегистрировало в органах юстиции, что послужило основанием для привлечения его к ответственности по части 4 статьи 14.1 КоАП РФ.

Порядок лицензирования медицинской деятельности, а также лицензионные требования и условия при осуществлении медицинской деятельности регулируются Положением о лицензировании медицинской деятельности (далее – Положение), утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 22.01.2007 № 30.

Согласно пункту 5 Положения под грубым нарушением лицензионных требований и условий понимается невыполнение лицензиатом требований и условий, предусмотренных подпунктами "а – г" и "е – з" пункта 5 Положения.

Подпункт "а" пункта 5 Положения предусматривает, что лицензионным требованием и условием при осуществлении медицинской деятельности является наличие у соискателя лицензии (лицензиата) принадлежащих ему на праве собственности или на ином законном основании зданий, помещений, оборудования и медицинской техники, необходимых для выполнения работ (услуг), соответствующих установленным к ним требованиям.

В силу части 1 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за учреждением, возникает у этого учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника.

Согласно части 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации. Регистрации подлежат, в том числе право собственности и хозяйственного ведения.

Частью 2 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что права на недвижимое имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него.

Со вступлением с 31.01.1998 в силу Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» право оперативного управления имуществом может возникнуть у учреждения только после регистрации этого права в территориальном управлении Федеральной регистрационной службы.

Решение суда о привлечении учреждения к административной ответственности по части 4 статьи 14.1 КоАП РФ окружным судом оставлено без изменения в связи с наличием в действиях учреждения состава правонарушения.

2. Лицензия на эксплуатацию взрывоопасных производственных объектов не охватывает собой погрузочно-разгрузочную деятельность применительно к опасным грузам на железнодорожном транспорте, и ее наличие не является обстоятельством, свидетельствующим об отсутствии в действиях лица состава правонарушения по части 2 статьи 14.1 КоАП РФ.

Общество осуществляло деятельность по погрузке и выгрузке железнодорожных вагонов с грузом, являющимся опасным, без лицензии на погрузочно-разгрузочную деятельность применительно к опасным грузам на железнодорожном транспорте.

Общество имеет лицензию на эксплуатацию взрывоопасных производственных объектов и полагает, что этой лицензией охватывается осуществляемая им деятельность по погрузке и выгрузке железнодорожных вагонов с опасным грузом.

Лицензия на эксплуатацию взрывоопасных производственных объектов разрешает проведение работ на объектах, не имеющих отношения к железнодорожным путям. Статьей 17 Федерального закона от 08.08.2001 № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» предусмотрено, что погрузочно-разгрузочная деятельность применительно к опасным грузам на железнодорожном транспорте является видом деятельности, на осуществление которой требуется лицензия. Общество привлечено к ответственности по части 2 статьи 14.1 КоАП РФ за осуществление деятельности без лицензии.

3. К ответственности по статье 14.34 КоАП РФ может быть привлечено любое лицо, допустившее нарушение Федерального закона от 30.12.2006 № 271-ФЗ «О розничных рынках и внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации».

Обществу решением администрации предоставлен земельный участок для эксплуатации рынка. С момента предоставления земельного участка функционирует розничный рынок, общество осуществляет организацию продажи товаров и предоставления розничных мест.

В ходе проверки сотрудниками прокуратуры выявлено нарушение обществом санитарного законодательства, постановлением прокурора возбуждено дело об административном правонарушении.

Решая вопрос о привлечении общества к административной ответственности, суд первой инстанции пришел к выводу, что субъектом ответственности может быть только юридическое лицо, получившее право на организацию рынка и отвечающее понятию «управляющая рынком компания», в связи с чем общество не является субъектом правонарушений, предусмотренных частями 2 и 8 статьи 14.34 КоАП РФ.

Суд кассационной инстанции признал выводы суда первой инстанции ошибочными. КоАП РФ не содержит указания на то, что субъектом ответственности по статье 14.34 Кодекса является управляющая рынком компания или юридическое лицо, обладающее разрешением на право организации рынком. Отсутствие разрешения на право организации рынка не освобождает от ответственности по частям 2 и 8 статьи 14.34 КоАП РФ. Исходя из положений статьи 14.34 Кодекса, к ответственности может быть привлечено любое лицо, допустившее нарушение Федерального закона от 30.12.2006 № 271-ФЗ «О розничных рынках и внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации».

4. Непредоставление обществом, осуществляющим отпуск электроэнергии населению, информации об аварии, причинах и предполагаемой продолжительности приостановки подачи электрической энергии не образует объективной стороны административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 14.8 КоАП РФ.

Общество, осуществляющее отпуск электроэнергии населению, не оповестило потребителей о произошедшей аварии, причинах и предполагаемой продолжительности приостановки подачи электроэнергии.

Бездействие общества квалифицировано управлением Роспотребнадзора (далее – управление) как нарушение прав потребителей на получение необходимой и достоверной информации о реализуемом товаре. Постановлением управления общество привлечено к ответственности по части 1 статьи 14.8 КоАП РФ.

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене данного постановления. Решением суда первой инстанции в удовлетворении заявленных требований отказано. Решение суда мотивировано тем, что в соответствии с пунктом 1 статьи 10 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» продавец обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую информацию о товарах.

Суд кассационной инстанции указал на неправильное толкование судом первой инстанции пункта 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей, поскольку основной задачей предоставления информации о товаре является обеспечение возможности его компетентного выбора. Суд пришел к выводу об отсутствии в бездействии общества состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 14.8 КоАП РФ. Решение суда первой инстанции и постановление управления судом кассационной инстанции отменены, требования общества удовлетворены.

5. Угроза смешения товарных знаков в отношении однородных товаров усиливается тем, что основной потребитель идентифицирует товары и услуги в первую очередь по привычным ему серийным элементам товарных знаков. Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителя.

Общество осуществляло импорт товара – пластиковых бамперов для автомобилей «ВАЗ», маркированных обозначением «LAD07SA001 L.SAMARA BAMPER». При таможенном оформлении товара общество не заявило сведений о том, что товар содержит признаки объектов интеллектуальной собственности, включенных в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации, и не представило документы, подтверждающие согласие правообладателей на введение товара в гражданский оборот на территории Российской Федерации. На основании заявления ОАО «АВТОВАЗ» о возможном незаконном использовании указанного обозначения как сходного до степени смешения с зарегистрированным за ним товарным знаком «LADA» таможня возбудила дело об административном правонарушении, предусмотренном статьей 14.10 КоАП РФ. Материалы административного дела таможня направила в арбитражный суд для рассмотрения вопроса о привлечении общества к административной ответственности.

При рассмотрении дела судебные инстанции пришли к выводу об отсутствии в действиях общества состава вменяемого правонарушения, что явилось основанием для отказа в удовлетворении заявления таможни. Суды пришли к выводу об отсутствии сходства товарного знака и обозначения до степени смешения, поскольку данные обозначения не совпадают.

Отменяя принятые по делу судебные акты, суд кассационной инстанции указал следующее. Согласно пункту 14.4.2.2 Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденных Приказом Российского агентства по патентам и товарным знакам от 05.03.2003 № 32, обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах, а сходным до степени смешения – если ассоциируется с другим обозначением в целом, несмотря на их отдельные отличия. В ходе сопоставления товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства суды не учли, что основной потребитель делает вывод на основе восприятия товарных знаков в целом (общего впечатления). Основной потребитель идентифицирует товары в первую очередь по привычным ему серийным элементам товарных знаков, не имея возможности непосредственно сравнить знаки. В сравниваемых знаках охраняемые словесные элементы выполнены заглавными буквами латинского алфавита, в знаках применен совпадающий шрифт, использованы элементы (L.SAMARA), позволяющие произвести эффект сохранения устойчивого восприятия у потребителей как продукции, выпускаемой ОАО «АВТОВАЗ». Кроме того, для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителя. Вывод судебных инстанций о том, что обозначение на упаковке ввезенных обществом запасных частей не является сходным до степени смешения с товарным знаком, принадлежащим ОАО "АВТОВАЗ", признан не соответствующим материалам и обстоятельствам дела.

Общество привлечено к ответственности по статье 14.10 КоАП РФ за незаконное использование товарного знака.

Разместить:

Вы также можете   зарегистрироваться  и/или  авторизоваться  

   

Легкая судьба электронных документов в суде

Бухгалтерские документы отражают важную информацию о хозяйственной деятельности организации.

Суфиянова Татьяна
Суфиянова Татьяна

Российский налоговый портал

Как открыть для себя «Личный кабинет налогоплательщика»?

Если у вас нет еще доступа в ваш «Личный кабинет», то советую сделать