Логин или email Регистрация Пароль Я забыл пароль


Войти при помощи:

Аналитика / Интервью / "Повторяется ситуация 1998 года, когда условия диктуют арендаторы"

"Повторяется ситуация 1998 года, когда условия диктуют арендаторы"

Гендиректор "Штрабаг" Герхард Гритцнер об особенностях ведения бизнеса в России

21.09.2010

Для Strabag в России конец 2009 года оказался сложным периодом. Сначала рухнула парковка в бизнес-центре в районе Павелецкого вокзала, генподрядчиком строительства которого выступает Strabag. Затем в отношении неустановленных руководителей компании, которых заподозрили в уклонении от уплаты налогов, было заведено уголовное дело. В довершение ко всему в завышении сметы по проекту строительства гостиницы "Москва" Strabag заподозрили московские власти. В интервью "Ъ" гендиректор ЗАО "Штрабаг" ГЕРХАРД ГРИТЦНЕР рассказал, как компания справилась с возникшими трудностями и почему он считает, что кризис только в самом начале. 

— Удалось ли разрешить все проблемы, посыпавшиеся на Strabag в конце 2009 года?

— Действительно, в конце года трудностей было больше, чем обычно, но мы с ними справились. С заказчиком по гостинице "Москва" нашли компромисс по оплате уже выполненных и по условиям завершения работ. Сейчас в полном объеме выполняем работы первого этапа (гараж, торговая и офисная зоны), готовим заказ материалов по отделке гостиницы. В начале 2010 года были улажены все вопросы с правоохранительными органами — еще в 2009 году мы погасили задолженность наших субподрядчиков по выплате налогов, и уголовное дело против руководства Strabag AG было закрыто.

— Чем завершилась история с рухнувшим паркингом в бизнес-центре в районе Павелецкого вокзала? Кто виноват в этом инциденте?

— Мы восстановим здание, используя частично средства страховой компании. До конца года планируем его сдать. Особенно неприятно, что этот инцидент произошел на объекте нашего партнера, с которым мы реализовали не один проект. Ошибка была допущена опытным проектировщиком — компанией "Аркона", проектировавшей аэропорт Домодедово, другие крупные объекты в Москве — и ее, к сожалению, можно было заметить, только выполнив расчет конструкций независимой проектной организацией, что не требуется по российскому законодательству. Проектировщик выпустил рабочую документацию с увеличенной толщиной перекрытий, но без учета капителей колонн. Заказчик утвердил документацию, мы выполнили в соответствии с ней конструкции.

— Вы пытались через суд заставить проектировщика возместить убытки?

— Пытаемся, но, скорее всего, все закончится безрезультатно. Владелец компании уехал за границу, и мы вряд ли что-то получим от него. Но этот негативный опыт заставил нас серьезно пересмотреть схему работы с проектировщиками в России: мы переняли принцип, по которому работают все строительные компании Германии,— работу любого проектировщика должна перепроверять другая проектная организация. В России такого требования нет. Часто наши заказчики сами заказывают проектную документацию, и мы им рекомендуем проводить дополнительную проверку конструкций вторым проектным бюро. Сейчас, в кризис, когда компании активно сокращают персонал, риск возникновения подобных ошибок особенно велик. Поэтому мы предлагаем всем членам саморегулируемой организации (СРО.— "Ъ"), в которую мы вступили, перенять наш принцип работы. Мы также считаем целесообразным внести изменения в законодательство РФ по проектированию зданий и сооружений.

— Некоторые застройщики уверяют, что появление СРО негативно повлияет на рынок, а также на качество работ. Вы с этим согласны?

— Что касается качества работ, разницы не будет. Не все равно ли, кто выдает бумажки: государство или СРО. Дело в другом — у небольших компаний просто не хватает средств, чтобы вступить в СРО. Кроме того, наблюдаются неприятные случаи, когда СРО негласно проводит политику лоббирования в получении контрактов исключительно членами этой организации. Я считаю, это просто незаконно. С другой стороны, на рынке останутся реальные игроки. Раньше, когда лицензии было получить достаточно просто, было много так называемых спящих компаний, у которых были лицензии, но они по ним не работали. То есть в холдинг могли входить около 100 компаний, а работали только 10. Положительный момент — обязательное страхование деятельности строителя, что, безусловно, повышает ответственность со стороны компаний. Тем, кто вступает в Международный альянс строителей (в эту СРО входит Strabag.— "Ъ"), мы предлагаем пройти проверку по нашим стандартам.

— Если не вспоминать конец года, каким в целом был для вас 2009-й?

— Довольно-таки сильно упал наш бизнес в регионах. Выходить за пределы Москвы мы стали только в 2007-м, и большого числа проектов к кризисному 2009 году набрать еще не успели. Конечно, мы рассчитывали получить генподряд на строительство надземной части жилого комплекса "Академический", который реализует в Екатеринбурге "Ренова-Стройгрупп". До кризиса Strabag выиграл тендер на строительство подземной части комплекса, которую мы сделали. В новом тендере мы предложили цену 34 тыс. руб. за квадратный метр продаваемой под ключ площади. Это была хорошая цена в тот момент, но с учетом кризиса и падения рынка жилья она не позволила "Ренове" заключить контракт с нами. Мы для себя решили, что нам лучше не подписать контракт, чем подписать его на невыгодных для нас условиях. У нас было два генподряда в Новосибирске по проектам "Альфа-Капитала" (общей площадью около 90 тыс. кв. м), но они заморожены. Рынок Новосибирска настолько просел, что инвестор решил их вообще не реализовывать и, может быть, в будущем продать площадки. Мы договорились о совместном аннулировании контракта. Еще у нас был контракт с УГМК по строительству металлургического завода в Тюмени. Он реализован на 60%, но с конца 2008 года проект был заморожен, а контракт расторгнут. С нами расплатились полностью — мы получили порядка €60 млн. После этого мы предложили оказать поддержку УГМК в виде привлечения финансирования через экспортное агентство Германии Hermes, переговоры об этом еще не завершены. Общая стоимость контракта была €105 млн.

— С какими показателями вы закончили 2009 год?

—Оборот строительного бизнеса Strabag в России в 2009 году составил около €300 млн, в 2008-м цифры были несколько больше — €400 млн. В 2010 планируем выйти на показатель около €300 млн и в дальнейшем рассчитываем двигаться по нарастающей. Наша сила в том, что Strabag строит практически все, от жилья экономкласса до элитного плюс сложные промышленные объекты. В портфеле заказов мы учитываем не подписанные контракты, а строящиеся в настоящий момент проекты. К примеру, у нас есть контракт с "Абсолютом" на строительство в Заречье 650 тыс. кв. м жилья. Контракт был подписан в августе 2008 года, а строить начнем этой осенью — только тогда он и будет учтен в портфеле заказов. Также есть контракт на объект на Софийской набережной (девелопер "Декра"): ждем согласований концепции проекта с городскими инстанциями, а это контракт на $381 млн. Размер сегодняшнего актуального портфеля заказов составляет более €1,3 млрд без учета этих заказов.

— С момента кризиса он сильно сократился?

— На €200 млн примерно за счет отложенных проектов и расторжения региональных контрактов.

— В Европе строительный рынок так же сильно просел, как и в России?

— Европейский рынок изначально был меньше подвержен кризису из-за больших объемов госконтрактов. Все бюджеты по этим контрактам давно просчитаны, и деньги выделяются. Так, Strabag в 2009 году выиграл миллиардный контракт на строительство дорог в Польше. За счет активного участия государства в строительстве, к примеру, в Германии даже наблюдается рост инфраструктурного строительства. С другой стороны, в 2011-2012 годах ситуация будет ухудшаться: проекты, которые имели бюджет, к тому времени по большей части будут завершены. Хотя пока объем заказов концерна достиг рекордных €15 млрд.

— Нередко возникает путаница: в СМИ фигурирует то Strabag AG, то ЗАО "Штрабаг". Чем занимается каждая из этих компаний?

— Обе компании занимаются генподрядными работами по строительству зданий. И у обеих компаний акционер — австрийский холдинг Strabag SE. Просто некоторые заказчики хотят иметь дело только с российским юридическим лицом, и тогда контракт оформляется на ЗАО. Другие предпочитают работать с нерезидентом — то есть со Strabag AG, тогда контракты оформляются через представительство. Около 70% контрактов в России приходятся на ЗАО, остальные — на австрийскую компанию. Отдельный бизнес — строительство дорог, данное подразделение только выходит на российский рынок. Те обороты и объем портфель проектов, которые я вам называл,— это исключительно по деятельности Strabag AG и ЗАО. Здесь не учитывается деятельность подразделения Strabag в Сочи, которое напрямую управляется из Вены и в котором работает команда из Австрии. Компания уже реализовала проект строительства аэропорта в Адлере. По прошлому году ее обороты составили около $64 млн. Эта же компания сейчас ведет детальные переговоры о получении еще одного крупного генподряда — Олимпийской деревни, которую должен построить "Базовый элемент" (более 300 тыс. кв. метров жилья). Первый небольшой контракт по этому объекту компания уже подписала — она оказывает консультации по проектированию.

— Как основатель "Штрабаг" в России вы являетесь акционером российского бизнеса концерна?

— Нет. Все подразделения Strabag по миру принадлежат основным акционерам материнской компании. Опционной программы для менеджмента нет. Такова политика. Впрочем, сотрудники концерна имеют право на бирже купить акции Strabag SE. Когда-то, еще в 1976-78 годах мне принадлежали акции Ilbau (позже переименована в Strabag), но я их продал. Чтобы серьезно работать с акциями, необходимо отслеживать их котировки, совершать сделки, а у меня на это нет времени.

— Много времени прошло у Strabag между выходом на российский рынок и получением первого проекта?

— Когда мы пришли в Россию, строительных работ практически не велось. У нас был только один проект — гостиница Marriott на улице Беговая, но он не пошел. Тогда мы открыли супермаркеты под очень популярным брендом в Австрии Julius Meinl — под этой торговой маркой также открываются кафе, продается кофе. Потом, когда началась жесткая конкуренция среди супермаркетов, магазины были закрыты. Первый большой строительный проект мы получили в 1994 году: это было строительство здания Центрального банка Московской области.

— Strabag во всем мире занимается строительством инфраструктуры, в России же основная специализация — здания. Почему так сложилось?

— Да, на строительство дорог в обороте всего концерна приходится 50%. Однако в России инфраструктурному подразделению Strabag по строительству дорог пока не очень везет. Первый раз они пытались выйти на рынок в 1994-95 годах. Тогда они выиграли тендер на реконструкцию участка трассы Москва—Нижний Новгород (150 км). Работа была проделана, но в то время российские подрядчики еще не были готовы к строительству высококачественных дорог, которые мы строим по всей Европе. А портить наше имя нам не хотелось. Вторая попытка прийти в Россию — участие в консорциуме по строительству "Западного скоростного диаметра", но из-за кризиса и проблем с ликвидностью консорциум распался. Сейчас Strabag вновь пытается выйти в этот сегмент — совместно с "Тоннельным отрядом-44" (входит в "Трансстрой" Олега Дерипаски), создана компания Straton, которая занимается производством асфальта и в настоящее время ведет переговоры по строительству автодорог в Сочи.

— В августе стало известно, что вы продаете свои 49% в совместной с Дойче-банком девелоперской компании "ДБ Девелопмент". У Strabag остается девелоперский бизнес в России?

— Девелопментом мы занимаемся через совместную с Raiffeisen bank компанию "Райффайзен Эволюшн", где Strabag владеет 20%, а остальные акции у группы "Райффайзен". Эта компания строит по всей Европе, особенно много возводит жилья в Австрии. В Москве они только начинают свой первый проект — офисно-гостиничное здание площадью 36 тыс. кв. м на Ленинском проспекте,119. Второй проект — в Петербурге на Лиговском проспекте площадью около 80 тыс. кв. м. Также у нас есть несколько компаний, которым принадлежат девелоперские проекты, реализованные в начале 90-х — к примеру, "Венский дом". Подход к ведению бизнеса российскими компаниями и европейскими сильно различается. К примеру, у нас нет кредитов. Нам как строительной компании материнский холдинг просто запрещает их брать. Брать кредиты генподрядчикам — опасно. Те проценты (минимум 15-17%.— "Ъ"), которые выставляют российские банки сегодня, просто не позволяют при рентабельности генподрядного бизнеса 5% (до кризиса около 8-10%) расплачиваться по долгам. Я не исключаю, что в будущем на рынке произойдет череда банкротств.

— Разве сегодня время запускать новые проекты?

— И да, и нет. На рынке очень серьезный кризис, который, как мы считаем, только в самом начале развития. Особенно показательна ситуация в Европе: в той же Риге аренда полностью меблированного офиса с отделкой стоит €8 за квадратный метр в месяц (или €96 в год), при этом половина помещений стоят пустые. В Москве, чтобы ни говорили брокеры, ситуация не намного лучше. Московский рынок был сильно перегрет. Уже есть много примеров, когда помещения класса А в центре Москвы сдаются по $222 за квадратный метр в год. И мы это знаем особенно хорошо, мы же сами владельцы недвижимости. Просто игроки рынка стараются замалчивать эту информацию. Повторяется ситуация 1998 года, когда условия диктуют арендаторы. До того кризиса арендаторы в нашем бизнес-центре "Форум" платили $700 за квадратный метр в год по наружной грани стен. Наступил кризис, они потребовали снизить ставки до $310 за метр. Я прогнозирую, что рынок офисной недвижимости в реальности начнет восстанавливаться года через два-три, когда компании оправятся от убытков и вновь начнут расти.

— Вы помогали "Райффайзен Эволюшн" с выбором площадки, согласованиями?

— Являясь вице-президентом Ассоциации инвесторов, я курирую деятельность иностранных компаний, помогаю им советом, консультирую. Ассоциация помогает западным игрокам выйти на российский рынок, организует круглые столы с правительством Москвы, другими органами власти.

— На участие в каких проектах сегодня Strabag делает ставки?

— Глобально Strabag активно работает по теме экологии. Компания уже построила на улице Подольских Курсантов мусороперерабатывающий завод. Сейчас мы участвуем в тендере на строительство подобного завода в Петербурге. Если говорить про ЗАО "Штрабаг" и Strabag AG, у нас дальнейший рост связан именно с московским рынком и регионами, куда мы опять начнем постепенно выходить, но уже более избирательно — не так, как в 2007 году. Большой упор мы делаем также на промышленное строительство. Компания строит два металлургических завода: для ОМК в Выксе и для "Северстали" в Балаково.

— У вас нет контрактов на генподряд с правительством Москвы, за счет которых сегодня выживают многие компании. Почему?

— Мы не часто работаем по сметам. Это совсем другой принцип ценообразования. Мы привыкли работать по рыночным расценкам, как это делается во всем мире, и считаем этот принцип оптимальным. Не случайно даже Владимир Путин на одном из совещаний рекомендовал посмотреть, какие есть возможности, чтобы отказаться от смет и перейти на другие методики в ходе строительства в Сочи к Олимпиаде.

— Сегодня из-за отсутствия ликвидности многие компании практикуют схему бартера. Вам уже приходилось получать долги квартирами?

— Да, но эта плохая схема для обеих сторон, и мы больше не планируем к ней возвращаться. Квартирами с нами расплатилась группа ПИК, у которой была задолженность перед нами по проекту "Английский квартал" на Мытной улице. Это исключительный случай, так как у нас сложились очень тесные взаимоотношения с этой компанией. Мы продолжали строить этот объект даже в тот момент, когда у группы не было средств, чтобы оплачивать наши работы, поскольку планировали создать совместное предприятие (СП.— "Ъ"): оно даже было зарегистрировано, но помешал кризис. У нас сложились неплохие отношения на уровне руководства компаний, поэтому какое-то время — около семи месяцев — мы помогали, но потом все же были вынуждены приостановить стройку. Долг составил около 1 млрд руб., в итоге он нам был возвращен квартирами в проектах на Заповедной улице и проспекте Буденного. Сейчас около 80% этих квартир через компанию "Миэль" уже продано.

— У созданного СП с ПИК есть будущее?

— ПИК приняла решение, что в кризис группе участие в этом предприятии невыгодно. СП "Илбау" создавалось для строительства монолитных объектов. В ходе его создания ПИК с нашей подачи практически полностью сократила свое подразделение "ПИК девелопмент", занимающееся такими проектами. Сейчас группа делает ставку на панельное жилье и развитие своих ДСК, и поэтому СП для группы — лишние затраты. Из монолитных проектов реализуется сейчас только "Английский квартал" (180 тыс. кв. м), но реализует его не "Илбау", а "Штрабаг" как генподрячик. Строительство объекта было возобновлено осенью 2009 года.

— Не слишком жесткое решение сократить целую компанию?

— Это постоянный спор, выгоднее девелоперу иметь свое строительное подразделение или работать со строительными компаниями на аутсорсинге. Некоторые российские компании увидели, что собственными силами строить более дорого, чем нанять стороннего генподрядчика. Мы считаем, что если собственное строительное подразделение остается в компании, его надо сделать конкурентоспособным и держать в тонусе, чтобы оно могло участвовать в тендере на строительство не только собственных объектов владельца, но и других девелоперов.

— 15 октября истекает опцион Олега Дерипаски на выкуп принадлежавшего ему ранее пакета в Strabag. Летом сообщалось, что бизнесмен может обменять свои строительные активы на акции австрийского холдинга. Решение по этому вопросу уже есть?

— Никакой новой информации нет. Следует дождаться 15 октября.

Разместить:

Вы также можете   зарегистрироваться  и/или  авторизоваться  

   

Экономика
  • 10.09.2013   Обязан ли конкурсный управляющий предупредить преднамеренное банкротство? ВАС отметит пределы анализа финансового состояния должника.
  • 30.08.2013  

    Запрет на исполнение обязательств в бесспорном порядке связывается законодательством о банкротстве с принятием судом определения о введении в отношении должника процедуры наблюдения, а не с моментом принятия судом заявления о признании должника банкротом. Поскольку спорное писание денежных средств произведено по платежным поручениям до введения процедуры наблюдения, суд признал его правомерным.

  • 06.08.2013  

    При наличии вины обоих участников ДТП страховое возмещение выплачивается в равных долях.


Вся судебная практика по этой теме »

Громкие дела по налогам

Вся судебная практика по этой теме »