Логин или email Регистрация Пароль Я забыл пароль


Войти при помощи:

Узнайте самые значимые изменения в работе бухгалтеров в 2019 году

практические решения для работы, советы по применению законодательства и кейсы по проверкам и отчетности от лучших спикеров ИРСОТ

Главная неделя для главбуха
   
График мероприятий

Аналитика / Налогообложение / Разъясните приговор

Разъясните приговор

Когда речь заходит о проблемах толкования судебного постановления, примером выступает знаменитое «казнить нельзя помиловать». Однако по иронии юридической судьбы в отличие от гражданского и арбитражного процесса в российском уголовном процессе нет института разъяснения приговора суда, и иногда это приводит к серьезным последствиям

21.10.2009
ЭЖ «Юрист»
Автор: Расул Кадиев, адвокат

Все началось с обвинительного заключения. Гражданина Г. обвинили в том, что он создал группу для убийства Магомедова и привлек в нее гражданина М.

В свою очередь М. обвинили в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 и п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, то есть пособничества в умышленном убийстве, совершенном группой лиц. Как следует из обвинительного заключения, Г. с целью убийства Магомедова привлек М. для покупки машины для киллеров. Данную машину М. сначала передал пособнику, затем тот — уже не установленным следствием лицам, которые «с целью убийства Магомедова и его водителя Шейхова» обстреляли машину Магомедова. Магомедова там не оказалось, погиб его водитель Шейхов.

М. обвинили в пособничестве убийству Шейхова, которое он совершил, помогая Г. в покушении на Магомедова. В таком странном виде обвинение попало в суд с участием присяжных заседателей.

Вопрос 12 вердикта был сформулирован так: «Если на 8-й вопрос (о событии преступления) дан утвердительный ответ, доказано ли, что подсудимый М. содействовал лишению жизни Шейхова и его конкретные действия выразились в том, что он по сговору с другим лицом в целях лишения жизни Магомедова…» и дальше, как указано выше по обвинительному заключению.

Приговором Верховного суда Дагестана от 17.01.2007 М. на основании вердикта присяжных был признан виновным по ч. 5 ст. 33, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Назначено наказание в виде лишения свободы сроком на девять лет в исправительной колонии строгого режима. При этом с М. была взыскана компенсация морального вреда в размере 250 тыс. рублей и расходов на похороны отцу убитого Шейхова — 73 тыс. рублей.

Решение без разъяснения
Защита Г., обжалуя приговор, поставила перед кассационной инстанцией вопрос, как мог Г. организовать группу в составе М., если М. предъявили только обвинение в содействии в смерти Шейхова? Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в своем Определении от 14.06.2007, оставляя приговор в силе, указала: «Действия М. по ч. 5 ст.33, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицированы правильно. Вердиктом установлено, что М. вступил в сговор с Г. и другими неустановленными лицами на убийство Магомедова и оказал в этом содействие. Вдальнейшем в ходе обстрела машины Магомедова был убит Шейхов. То обстоятельство, что смерть была причинена не Магомедову, а другому лицу, правового значения не имеет».

При этом в отношении непосредственно М. коллегия подчеркнула: «Вердиктом присяжных признано доказанным оказание М. содействия в убийстве Шейхова, а потому судебная коллегия не может согласиться с доводами жалобы о непричастности М. к совершению данного преступления». Приговор в отношении М. оставлен в силе.

Согласно ч. 2 ст. 25 УК РФ «преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления».

За что конкретно был осужден М., абсолютно непонятно. А непонятное требуется истолковать. Но, увы, такой процедуры в УПК нет. В главе 47 УПК РФ «Производство по рассмотрению и разрешению вопросов, связанных с исполнением приговора» есть ст. 397 «Вопросы, подлежащие рассмотрению судом при исполнении приговора», в которой в том числе назван вопрос «о разъяснении сомнений и неясностей, возникающих при исполнении приговора».

Статьей 202 ГПК РФ предусмотрено, что в случае неясности решения суд, принявший его, по заявлению лиц, участвующих в деле, судебного пристава-исполнителя вправе разъяснить решение, не изменяя его содержания. Разъяснение решения суда допускается, если оно не приведено в исполнение и не истек срок, в течение которого решение суда может быть принудительно исполнено. Вопрос о разъяснении решения суда рассматривается в судебном заседании, можно получить данное разъяснение до кассации. Аналогичная норма содержится и в ст. 179 АПК РФ в главе «Решение арбитражного суда».

Получается странная ситуация: по правилам ГПК РФ и АПК РФ разъяснение постановления суда можно получить в судебном порядке еще до второй инстанции. Однако в уголовном процессе стороны лишены такого права, что, естественно, лишает их права на защиту.

Запутались

Защита М. после серии безуспешных попыток обжаловать приговор в надзорном порядке решила использовать п. 15 ч. 1 ст. 397 УПК РФ, чтобы понять, за что осужден М. В суд первой инстанции было направлено ходатайство с просьбой разъяснить, за что осужден М., с указанием того, что при исполнении приговора возникла неясность: должен ли осужденный М. выплачивать отцу убитого Ш. компенсацию, если в кассационном определении сказано: «...то обстоятельство, что смерть была причинена не Магомедову, а другому лицу, правового значения не имеет». По правилам ст. 399 УПК РФ данное ходатайство рассматривается в судебном порядке и постановление, вынесенное в результате его рассмотрения, в силу ст. 401 УПК РФ может быть обжаловано.

Одновременно защитники М. и Г. продолжали обращаться с надзорными жалобами и даже с заявлением в Генеральную прокуратуру о возбуждении производства ввиду новых обстоятельств. В результате всей этой адвокатской активности появилось несколько странных постановлений.

Судья Верховного суда Дагестана 16.09.2008, возвращая без рассмотрения ходатайство адвоката, направил письмо, в котором содержалось следующее заключение: «Доводы кассационных жалоб о неясности вердикта в части умысла Шейхова судебной коллегией признаны несостоятельными, гибель Шейхова, а не Магомедова, для убийства которого способствовал Г., правового значения не имеет». Получилось, что сам убитый покушался на Магомедова.

Генеральная прокуратура в своем Письме от 14.01.2009 № 12/19711-08, отказывая защите М. в возбуждении дела по вновь открывшимся обстоятельствам, говорит, что «вердиктом присяжных признано доказанным оказание М. содействия в убийстве Шейхова».

Президиум Верховного Суда РФ 21.01.2009, рассматривая дело по жалобе адвоката Г., в своем Постановлении утверждает, что «вердиктом коллегии присяжных при ответе последних на вопрос № 12 установлено, что М. вступил в сговор с Г. и другими неустановленными лицами на убийство Магомедова и оказал в этом содействие».

Верховный суд Дагестана 06.02.2009, отказывая в удовлетворении ходатайства адвоката о разъяснении неясностей при исполнении приговора суда, посчитал, что «М. осужден за оказание Г. пособничества в убийстве Шейхова». Отмечу, что кассационным определением Г. был оправдан в убийстве Шейхова.

Судебная коллегия Верховного Суда РФ 16.04.2009, отказывая в удовлетворении жалобы на Постановление ВС Дагестана от 06.02.2009, констатировала: «Как видно из представленных материалов, приговор Верховного суда Республики Дагестан в отношении М. недостатков, которые бы вызвали сомнения и неясности, подлежащие разъяснению в порядке исполнения приговора, не содержит. По приговору суда, сучетом внесенных в него изменений судом кассационной инстанции, М. осужден за оказание пособничества в убийстве Шейхова группой лиц и с него в пользу потерпевшего Ш. взыскано 40 000 рублей в счет возмещения расходов на погребение и 250 000 рублей в виде компенсации морального вреда». И это притом что у коллегии на руках было Постановление Президиума ВС РФ от 21.01.2009.

Вся эта путаница свидетельствует о том, что суды сами не понимают, за что осужден М., и имеющиеся в УПК РФ нормативный инструмент не позволяет это определенно выяснить.

Системные последствия

Уголовное дело в отношении М. и Г. не самое сложное. Единственная проблема состояла в том, что вина была установлена и вердиктом, и приговором. Но если в таком простом деле возникли проблемы с толкованием вины, то что говорить о многотомных запутанных делах, связанных с неуплатой налогов и преступными сообществами? Отсутствие возможности обратиться за разъяснением приговора после его вынесения является нарушением права на защиту. Ситуация, при которой государственные суды по-разному трактуют вину осужденного и непонятно, за что наказан человек, может, на наш взгляд, квалифицироваться как бесчеловечное отношение. То есть налицо нарушение ст. 3 и 6 Европейской конвенции о защите прав и основных свобод. А это было бы не самое приятное для репутации демократического государства решение ЕСПЧ.

Приведенное в пример уголовное дело в отношении Г. и М. доказало, что необходимо внести нормы, позволяющие получить разъяснения не только по приговору, но и по постановлениям второй и третьей инстанций. Это даст возможность реализовать право человека на защиту и исключит случаи, когда человек просто не знает, за что осужден.

Ввопросе вины осужденного не должно быть каких-либо неясностей, иначе в нашей правовой системе можно будет наказывать людей без вины.

Разместить:

Вы также можете   зарегистрироваться  и/или  авторизоваться